Рэй отметил, что она больше не вырывается и даже немного расслабилась в его руках!

— Мэг, я хочу быть здесь, с тобой, — прошептал он, потому что его голос срывался, — просто быть рядом, ничего не требуя. Все будет так, как хочешь ты. Ты сама можешь предложить условия — как друг, сосед или как еще кто-нибудь.

— Как любовница?

Рэй попытался усмехнуться, и его лицо перекосилось. Мэг поняла, что если он сейчас скажет что-то не то… — она знала, что обязательно это «не то» почувствует! — она вышвырнет Рэя. Она его точно вышвырнет!

— Нет, как любовница — нет. Как жена — да!

Хорошо, она его не вышвырнет, но и сдаваться так легко не собирается.

— Зачем ты мне это говоришь? Ты думаешь, достаточно сказать эти слова…

— Нет, я так вовсе не думаю, Мэг! Я не могу исправить того, что уже натворил, но… Я пришел потому, что не могу без тебя… О дьявол! Я люблю тебя. Люблю так, как никогда и никого… Я наделал много ошибок, получил пару хороших уроков в молодости и запер свое сердце на крепкий замок. Но тебе каким-то образом удалось обойти все мои хитроумные запоры. Я стащил те проклятые наброски из мастерской Дейва и отправился к тебе. Я подумал, что если в тебе есть хоть часть того, что сумел передать на картоне Дейв, то я могу надеяться на обретение рая. Но я увидел больше… гораздо больше и не смог продержаться и дня, не сделав тебя своей. Когда я решил, что вы с Дейвом… сговорились убить меня… — голос Рэя совсем сел, — я решил, что уже умер и попал в ад. Но даже в этом аду ты должна была быть со мной. Прости…

— Ты должен был верить мне, — прошептала Мэг дрожащими губами, чувствуя, что ее сердце застучало в бешеном ритме, от которого все внутри начало мелко дрожать.

— Да, я знаю… Нет таких слов, которые я не сказал бы себе… И нет хуже казни, что я придумал для себя. Мэг, я знаю, почему ты тогда отказалась плавать и почему носила просторные платья. Я знаю про нашего ребенка, но я… не буду ничего предпринимать. Выбор остается за тобой.

Она подняла голову и взглянула Рэю в глаза. В них плавилась мука, какая-то дикая боль и… любовь.

— Я кое-что принес тебе. — Рэй вытащил из кармана маленькую коробочку и вложил ее в руку Мэг. — Раньше я думал, что она станет нашим талисманом… Я и сейчас надеюсь на это…

Мэг достала из коробочки ту самую птицу Феникс из горного хрусталя, которую оставила в Греции. Пока она открывала эту коробочку, Рэй не выпускал ее, словно боялся, что Мэг растворится в воздухе.

Что-то было не так с этой птицей, но из-за слез перед глазами все расплывалось. А потом Мэг поняла: на изящной шее было прикреплено кольцо с огромным бриллиантом.

— Это комплексный подарок, — сипло проговорил Рэй, и Мэг догадалась, что к Фениксу и кольцу прилагается и сам Рэй.

— Я должна подумать, стоит ли мне принимать такой громоздкий подарок. Разве нельзя ограничиться одним предметом?

Рэй помотал головой и сурово произнес: «Охи!» — совсем как Ангелос тогда на вилле!

— Чем-то напоминает передачу «Магазин на диване»: «Но и это еще не все!» — проворчала Мэг. — Но мне так хочется получить назад эту птицу…

В глазах Рэя стало медленно разгораться пламя.

— Мэг, это правда? — спрашивал он, дрожа и лихорадочно и жарко целуя ее. — Твоя любовь ко мне воскресла?

— Нет, — ответила она.

Все-таки Мэг была женщиной! Она дождалась растерянного взгляда Рэя и улыбнулась.

— Она не могла воскреснуть, Рэй. Потому что моя любовь к тебе никогда не умирала!