– Все дела сделаны, - я протянул корд капитану.

– Отлично, - капитан забрал корд.
– Мы подходим к Живому морю - западной границе Черного Архипелага. Мне нужен абсолютный порядок на корабле. Утихомирь крылатую, или мы ее убьем. Фланклин проводит тебя к ней.

Корабль содрогнулся вместе с воплем: "Выпустите меня!" Я пошел за матросом, которого звали Фланклин.

Тюремный трюм походил на поле боя. Погнутая клетка с изломанными прутьями была обмотана поцарапанными цепями и забаррикадирована железом. Рядом дежурили полдюжины вооруженных матросов с рогатками и двузубцами. Внутри бесновалась Ари-Ару, потихоньку выламывая детали своей тюрьмы. Мы с Фланклином подошли ко входу, дежурные быстро отперли клетку, а меня закинули внутрь. За спиной щелкнул замок.

– Ты!
– взбесилась Ари-Ару.
– Ты прыгнул в воду! Самоубийца! И ты укусил меня!

Я хотел сказать, но Ари-Ару наступала на меня, выталкивая в угол клетки.

– Как ты мог так поступить? Особенно после того, что я сказала?

Я оказался зажатым в углу.

– Теперь мы в этой глупой клетке море знает где! А все из-за тебя! И ты чуть не умер!

Я никогда не видел Ари-Ару такой страшной. Она расправила крылья с ужасными когтями на концах. Хвост за спиной яростно извивался и лупил по полу. Ари-Ару щелкала клыками, длинными и острыми. И она распушилась, став больше и опасней. Я сжался в углу и закрыл лапами глаза.

– Эй, Лак-Лик, ты чего?
– тревожно спросила Ари-Ару.
– Я не хотела тебя пугать. Лак-Лик!

Она села рядом и обняла меня, а потом лизнула в нос.

– Извини, извини, извини!

Я обнял ее и сказал:

– Ты тоже извини.

Мы помолчали немного.

– Мы пленники, да?

– Капитан Рвака сказал, что мы станем боевичками. Я не знаю, что это такое, но меня вылечили и дали кард, - я рассказал про "Пятый Коготь" и его порядки. Подумал немного и добавил: - Никому не говори свое настоящее имя.

Она кивнула.

– Я капитан Рвака, а это - фрегат "Пятый Коготь" флота Черного Архипелага. Повтори, - потребовал черный гремлин у Ари-Ару, когда мы поднялись на верхнюю палубу.

Ари-Ару насупилась и молчала. Я дернул ее за лапу.

– Ты капитан Рвака, а это - фрегат "Пятый Коготь" флота Черного Архипелага, - пробурчала она.

– Отлично, - кивнул капитан.
– Ты сильна, вынослива и умеешь летать. Такие гремлины нужны Черному Архипелагу. Я вижу, что ты недовольна и не желаешь подчиняться. Это понятно. Когда мы доберемся до обсидианового острова, твое мнение переменится. Черный Архипелаг это не только долг и служба, но и родной дом. Пройдем в каюту - нужно сделать кард.

Мастера восхищались Ари-Ару. Мастер рогаток хвалил и улыбался, когда она выбила три мишени из трех, мастер зубов уважительно хмыкал, наблюдая за ее молниеносными движениями, а что спрашивал мастер воли, я не знал, но от него Ари-Ару ушла довольной и сказала, что ей удалось перевесить весы и разглядеть в углу полку с игрушками. Ари-Ару пришла в хорошее настроение и вела себя, как дома.

– А тебе что написали?
– Ари-Ару показала свой кард, в котором были нарисованы улыбчивые рожицы, а напротив пункта с двузубцами - рогатая и зубастая морда. Мой кард был у капитана, и в нем были только пустые кружочки.

– Сказали, что я здорово стою на голове и... неплохо сражаюсь, - соврал я и покраснел.

– Врунишка!
– захихикала Ари-Ару и повалила меня. Она радовалась.

Капитану не понравился шум на палубе, и он отправил нас в трюм, приказав вести себя тихо и не путаться под лапами у матросов. Мы опять сидели в клетке, только теперь она была открыта, а по дну решетки была разбросана мягкая вата. Матросы не любили бездельников и заняли нас работой: пришлось чинить сломанные прутья, красить поцарапанные цепи и драить полы. К рассвету я сильно измотался и уснул, как только лег на вату. Ари-Ару смущенно потрепала меня по голове, а потом засопела рядом.

Фрегат все еще иногда сотрясали тяжелые удары.

Следующей ночью поймали морского дьявола.

– Пустите! Пустите!!!
– звенел его голос. Мы с Ари-Ару побежали наверх.

Команда "Пятого Когтя" радостно верещала вокруг беспомощного гладкокожего гремлина в сетях, валяющегося на палубе. Под морским дьяволом расплылась лужа, разъедающая краску и доски. На пленника нацелились несколько рогаток и двузубцев. Неподалеку стоял вспотевший мастер воли Скайа и серьезный капитан Рвака. Морской дьявол перестал кричать, он хватал ртом воздух, а его ноздри-щели все время открывались и закрывались.

– За последние два дня мы чуть не пошли ко дну из-за этого гремлина, - сказал Рвака.
– Но его необычность и сила впечатляют. В клетку его. Адмирал решит, что с ним делать.

Четыре матроса схватили сеть, собираясь утащить ее в трюм.

– Он задыхается, - сказал я.

Капитан остановил матросов. Морской дьявол ослаб и лежал неподвижно, только его ноздри раздувались в бешеном ритме. Трезубец выпал из перепончатых лап и покатился ко мне.

– И правда. Что ж, отпускать его нельзя - он утопит фрегат.