– Теперь я снова задам вопрос, Ла. Как ты очутился на стене?

Синие гремлины сверлили меня подозрительными взглядами. Они забрали мои инструменты, и даже если бы я стал невидимым, то просто не смог бы выбраться с выступа в стене, на котором сидел - пол был слишком далеко. Я даже не мог самостоятельно передвигаться по их станции.

– Я...
– в горле встал ком. Вытерев глаза лапой и сглотнув, я продолжил: - Я украл зефир со станции Ска и сбежал, чтобы меня не наказали.

– Это правда, - осуждающе произнесла Ре. Остальные гремлины хмуро зашипели: - Очень плохо, Ла. Ты недостойный гремлин. Другие ремонтники тяжелым трудом добывают зефир, восстанавливая стену, а ты подлым воровством присвоил себе результаты их труда. И ты напугал молодую и доверчивую Ву, заставив ее соврать про то, что якобы стал белым.

Ву хотела что-то возразить, но стыдливо прижала уши.

– Несмотря на твои эгоистичные преступления, мы проявим милосердие и не станем тебя сбрасывать. В наказание мы заберем твой зефир и инструменты, и ты будешь работать дополнительную смену каждые сутки. Твоим надзирателем станет Ву, она будет следить, чтобы ты снова не сбежал. Если будешь чинить старательно и прилежно, через цикл мы подумаем над тем, чтобы признать тебя одним из ремонтников станции "Кра". Все ли тебе понятно, Ла?

– Угу, - я опустил взгляд.

– В таком случае объявляю окончание совета.

Синие гремлины разошлись, осталась только Ву. Она сверлила меня сердитым взглядом, а я сидел на выступе и не знал, что делать.

– Пошли, покажу место работы, - буркнула Ву и спрыгнула, хватая меня за лапу и увлекая за собой. Ву приземлилась аккуратно, а я бестолково упал прямо на нее, и мы кубарем покатились непонятно куда, стукаясь о железные перекладины и углы.

– Ты шего твогишь?!
– распушилась Ву, когда мы, наконец, остановились. Она расквасила нос и зажимала его лапой, а я ушиб плечо и хвост.

– Я не умею так прыгать.

– Дугак! Это баже гетеныши умегют!
– она разозлилась не на шутку. Потом она посмотрела на свою лапу, вымазанную кровью из носа, закатила глаза и рухнула на пол.

– Эй, Ву, - потормошил я ее. Синяя гремлинша лежала без сознания. Очень плохо. Если нас сейчас заметят, то решат, что это я ее побил, и никогда не поверят, что все вышло случайно. А ведь меня уже милосердно простили за то, чего я не делал, вряд ли Ре поступит так дважды.

– Ву, просыпайся.

Кто-то приближался. Я слился со стенами, но Ву продолжала кучей меха лежать на полу. Если ее заметят в таком виде, то поднимут тревогу и начнут искать меня по всей станции. Я взял Ву за хвост и очень захотел, чтобы она тоже стала невидимой. Получалось же у меня с зефиром и с одеждой, вдруг и с гремлином получится.

Почувствуй то же, что чувствую я, Ву. Стань незначительной, незаметной, незапоминающейся. Смирись с тем, что тебя никто тебя не видит, Ву. Меня нет. И тебя тоже нет.

Ву исчезла, но я продолжал ощущать ее хвост в лапе. Здорово. Теперь можно переждать, пока синяя надзирательница придет в себя.

Из одного тесного отверстия в потолке вылез маленький синий гремлин, обвешанный инструментами с хвоста до ушей, и проворно скрылся в другом. Среди побрякушек, что он нес, я заметил и кирки Раг-Бага. Хорошо, что их не выкинули.

Я оглянулся. Мы находились на небольшой платформе в нижней части станции, расположенной рядом с Мегастеной, и шахты слева и справа от нас вели в никуда, обрываясь бездонной пропастью. В потолке располагались четыре хода, но даже думать не хотелось о том, чтобы пробовать в них залезть по отвесной металлической поверхности. Большую часть помещения занимала гудящая круглая машина, которая практически вплотную примыкала к Мегастене, и от ее вибрирующего покрытия исходили волны тепла. Высунувшись в окно рядом с машиной, я посмотрел вверх, и с удивлением понял, что станция вообще нигде не соприкасалась с Мегастеной. "Кра" висела в воздухе.

Я насчитал еще четыре гудящих машины в разных местах станции. Если соединить их линиями, получилась бы большая пятиконечная звезда. Интуиция подсказывала, что именно благодаря им "Кра" парила. Мощные и таинственные двигатели забытой механики. Если бы мы умели такие строить, можно было бы весь Скайдл Борд поднять на Мегастену.

Ву шевельнулась. Я обнюхал ее и задумался, почему она потеряла сознание. Может быть, вид крови ее испугал? Я вылизал лапу Ву и вытер ей нос - он больше не кровоточил - чтобы она снова не отключилась. Надеюсь, моя надзирательница не побежит жаловаться Ре.

Я сделал нас обоих видимыми. Синяя гремлинша присела и рассеянно помотала головой. Потом Ву заметила меня и тут же приняла рассерженный вид.

– Из-за тебя меня считают лгуньей и назначили надзирателем!
– выпалила она.
– Надзиратели это почти как преступники! А ты еще и спотыкаешься на каждом шагу! И вообще, почему на совете ты не побелел, как тогда?

– Никто не попросил, - ответил я.

– Мог бы и сам догадаться!

– Прости.

– Я тебя сама прибью!
– Ву начала ходить кругами, распушив хвост и скалясь. Наверное, это означало, что она собиралась напасть, но я драться совсем не хотел и просто сидел на месте. Ву порычала, пошипела, а потом высоко подпрыгнула и скрылась в нише на потолке.