Лефтрин помолчал, стараясь, чтобы гнев не отразился на его лице. Переговоры следует вести хладнокровно. Можно ли оставить его документы Совету? Он поймал виноватый взгляд Полск.

– Я доверяю эти документы лично вам, торговец Полск. Они не должны уходить из ваших рук. Исследуйте подписи и даты на выраженных хранителями пожеланиях. Делайте то, что сочтете нужным, с суммами, причитавшимися Грефту и Варкену. Я считаю, что Джессу мы не должны ни гроша: он совершенно не придерживался своего контракта и планировал убить и драконов, и хранителей. Если вы еще раз прочтете мой контракт, вы убедитесь в том, что мне вы определенно должны заплатить. Вы знаете, где я пришвартовался. Когда вы сочтете нужным отправить мне мои деньги, пришлите их туда. А если вы не сочтете нужным заплатить мне, тогда вам придется долго дожидаться возможности узнать дополнительные подробности того, где находятся драконы и что именно мы открыли.

Он повернулся спиной к Совету и сделал вид, будто только теперь заметил Малту Хупрус, и поклонился ей:

– Госпожа Старшая, у меня для вас письмо от Элис Кинкаррон. И небольшой сувенир из города Кельсингра.

– Вы нашли его? Вы нашли город Старших?

Это прокричал один из членов Совета, который прежде молчал – мужчина с двойным подбородком и темными курчавыми волосами.

Лефтрин посмотрел на него, а потом – на остальных членов Совета.

– Нашли. Но прежде чем спрашивать меня о подробностях, советую вам и всем членам Совета решить, можно ли верить тому, что я говорю. Я не хочу тратить ваше время и мое, если вы сочтете, что я просто плету матросские байки.

Он повернулся обратно к Старшим. Малта поднялась на ноги. Рэйн стоял рядом с ней, не касаясь ее, но явно ее поддерживая. Ее лицо светилось радостью, но губы были крепко сжаты. Он подал ей небольшой свиток и полотняный мешочек. Она приняла их своими длинными изящными руками. Алая чешуя, покрывавшая их, походила на перчатки из лучшей змеиной кожи. Малта медленно открыла мешочек и извлекла из него плитку от камина. При виде нее она улыбнулась. А потом она высоко подняла ее, продемонстрировав присутствующим всего на одно мгновение, прежде чем вернуть обратно в мешочек.

Лефтрин обратился к ней на фоне многоголосого шума, последовавшего за ее жестом:

– Если у вас есть вопросы, я буду счастлив с вами поговорить. Я пришвартовался у кассарикского пирса. Вы нас не сможете не заметить.

Малта наклонила голову, но ничего не сказала. За них обоих ответил Рэйн:

– Этот Совет нас опозорил. Надеюсь, вы не сомневаетесь, что мы полностью уверены в том, что вы добились своей цели. Я могу определенно сказать, что мы навестим вас, как только сможем. Однако сейчас моя жена утомлена: ей нужно вернуться домой и отдохнуть.

– Когда вам будет удобно, – согласился Лефтрин. – Думаю, мне стоит побыстрее отсюда исчезнуть.

– Капитан Лефтрин! Капитан Лефтрин, вы же не можете просто уйти!

Это заявил торговец с курчавыми волосами.

– Очень даже могу, – ответил он.

Повернувшись спиной ко всем, он зашагал к выходу из зала. У него за спиной шум разговоров превратился в оглушительный гам.

– Со мной все будет хорошо, – настаивала она. – Иди за Лефтрином. Разузнай обо всем, что случилось. В том свитке, который он нам передал, есть только самые беглые упоминания о том, что выпало на их долю. Я так устала, что еле на ногах держусь, но я не смогу успокоиться, пока не узнаю всего.

Рэйн с озабоченной улыбкой заглянул в ее обращенное к нему лицо. Влажный ветер проносился между ними.

– Как ты можешь говорить, что с тобой все хорошо, если ты едва на ногах стоишь? Милая, давай я сначала отведу тебя домой. После этого я смогу найти «Смоляной» и поговорить с капитаном. Я буду умолять его, чтобы он пошел со мной к нам и поговорил с тобой у нас дома.

– Пожалуйста, не надо из-за меня глупить! Я не какая-нибудь немощная малышка. Я прекрасно могу самостоятельно вернуться в нашу комнату. А вот тебе надо пойти к нему прежде, чем кому-нибудь еще придет в голову то же самое. Эта крохотная записка от Элис меня только раздразнила. Мне необходимо узнать десятки самых разных вещей. Ну, пожалуйста! – добавила она, видя, что он продолжает смотреть на нее с осуждением.

Они задержались в дверях главного вестибюля, где Малта постаралась разобрать убористый почерк, которым Элис составила свое послание на том обрывке бумаги, который передал им Лефтрин. В мигающем свете фонаря, задуваемого ветром, ей не удалось понять практически ничего. Неведение не давало ей покоя, и она умоляла Рэйна немедленно отвести ее к капитану для разговора. Но теперь, пройдя половину дорожки к лифту, она слишком устала, чтобы продолжать путь. Она решила, что вернется в арендованные ими комнаты, а Рэйн уговорит капитана Лефтрина прийти к ним домой и поговорить с ней.

Рэйн вздохнул.

– Ну, хорошо. Малта, ты, как всегда, добилась своего. Не дожидайся меня. Ляг в постель и отдыхай, пока я не вернусь с Лефтрином. Обещаю, что как только я войду в дом, то сразу тебя разбужу, и ты сможешь терзать его своими вопросами столько, сколько пожелаешь.

– Да уж, изволь, – предостерегла его она. – Не задерживайся, чтобы выпить рюмку-другую, и не уводи его куда-нибудь для разговора, решив, что я заснула. Если ты так сделаешь, Рэйн Хупрус, я все равно об этом узнаю – и тогда берегись!