– Хорошо, не буду. Но в любом случае, Маст, пока что твоя легенда верна. Ты и правда не при чём. И я надеюсь, что ты останешься не при чём, потому что тебя не ждёт ничего хорошего. А так, у тебя и остальных честных землян есть шанс. Мы не вы - мы не убиваем просто так. Мы не убиваем землян только за то, что они земляне.

– За что же вы убили Вика?

– Ты знаешь, Маст, за что мы его убили.

– Нет.

– Он опорочил илианскую женщину.

– Ну а что, если эта женщина сама хотела, чтобы её опорочили? А? Он её не насиловал.

– Всё, что вы, земляне, делаете с илианскими женщинами, так или иначе является насилием. Может быть, не для них, их всё-таки обработали кофеином и никотином. Но для нас... Для нас это является насилием. Мы считаем, что вы насилуете илианских женщин.

– А для чего вы брали кровь?

– Стигмы илианской язвы появляются не у всех, но самой илианской язвой болеют все. Просто есть среди вас люди невосприимчивые, и вас становится всё больше - видимо вы вырабатываете иммунитет. Но в вашей крови всё равно присутствуют определённые антитела, убившие илианскую язву. У человека, в организм которого она не попадала, их нет. Я могу сказать тебе, кто занимался сексом с илианками здесь. Показательно, что среди убитых землян нет ни одной женщины. Ваши женщины скромнее. Вы их бережёте, и это хорошо. А мы будем беречь наших. Вот и всё, Маст.

– Если я понимаю, тех, у кого в крови антитела, тоже ждёт смерть?

– Посмотрим.

– И в моей крови они есть?

– А ты спроси себя сам, есть они там или нет? Или ты ничего не помнишь, а?

В голове у Масти сразу воспылал страх: а что, если та илианка всё-таки сделала с ним что-то пока он был без сознания? Что, если она заразила его этой илианской язвой, и Тхом сейчас просто насмехается над ним. Он ведь совершенно себя не контролировал тогда. "Чёртова долбанная вечеринка. Не надо было в ней участвовать, - пульсировало в голове у Масти, - нужно было идти спать".

– Ты задумался, Маст, и это хорошо.

– Что будет с ним?

– В крови молодых и относительно неиспорченных землян мало антител. А вот в его крови их слишком много. Он хорошо развлекался здесь. Хочешь убить его?
– неожиданно спросил Тхом, - ты хочешь убить землянина, который приговорил себя к смерти, и чуть было тебя с собой не утянул, а? Он же мог вас троих сейчас так подставить, что сейчас вы бы все с ним за компанию здесь висели. Я не пожалел бы даже тебя, Маст, хоть я наверно и успел к тебе привыкнуть за эти дни.

– Не надо его убивать.

– Надо, Маст, надо. Он уже ничем нам не поможет. Тот, человек, которому дано задание, уже создал здесь сопротивление, а этот просто участвовал в нём. К своим друзьям он больше не пойдёт - его не примут. Есть даже вероятность того, что если сейчас я его не шлёпну, его завтра шлёпнут свои. Но как минимум, они будут его игнорировать, да он и сам, понимая это, не пойдёт никуда. Этот лайнер мал, Маст. Мы умудряемся контролировать целую провинцию на севере, а по сравнению с ней этот лайнер ничто.

– На Илиане же везде земляне.

– Не везде. Кто тебе такое сказал? У высших илианцев и у высших землян есть договор. Вот только я презираю и землян, заключивших его, и илианцев. Хорошо, что и у меня есть сторонники. Именно поэтому мне удалась эта акция. Вы обречены.

– Не слушай его, не слушай, - прокашливаясь и сплёвывая кровью, говорил землянин.

– Он уже в бреду. Как ты хочешь, чтобы он умер?

– Я не хочу, чтобы он умирал.

– Извини, Маст, но так не получится. Он должен умереть. Это будет наука всем вам, в частности тебе. Наука тем, кто его послал, наука всем, что не стоит лукавить с тем, с кем нельзя лукавить. Ты можешь лишь сказать мне, как он умрёт. Ну или убить его сам.

– Я не буду.

– Что же, Маст, если ты не хочешь выбрать для него смерть, и уж тем более не хочешь его сам убивать, это сделаю я. Я уже говорил. Я могу с ним подраться, могу просто перерезать ему глотку, как одному из быков на севере. У вас они называются быками, а у нас немного по-другому. Мы выращиваем их ради мяса, как и мы, поэтому я назвал его именно так. Мы их выращиваем, а потом режем. Вот и его я могу так же прирезать. А могу просто пристрелить. Хотя нет, стрелять я не буду. Это не интересно. Мы и так с ребятами упражняемся в стрельбе каждый день. Кстати, Маст, ты не хочешь поучаствовать?

– Я бы попробовал, - даже с некоторым вызовом сказал Масти, посмотрев на Тхома и желая его отвлечь от землянина..

– О, - протянул илианец, - ну тогда завтра. И тогда тебе пора спать. Но сначала...

Тхом достал нож и одним ловким движением воткнул его землянину в горло. Придерживая его за волосы, он слегка провернул нож там, а потом вынул. Всё это время на его лице было хладнокровнее выражение, и смотрел он в глаза Масти, а все движения выполнял вслепую, но они тем не менее были точными и уверенными. Масти даже стало немного страшно от того, что этот илианец такой сильный. У него самого никогда бы не хватило духу так убить даже врага. Масти начало тошнить и мутить от этого зрелища. Он отвернулся, опёрся руками на парапет и перекинул голову и часть туловища за борт и хотел вырвать, но у него не получалось, всё-таки желудок был к этому ещё не готов, но рвотный рефлекс почему-то возник.