«Вскрыть особый секретный оперативный пакет».

Подпись: замнач оперотдела штарма.

Командир корпуса генерал-майор Рокоссовский и все срочно собравшиеся в штабе офицеры хорошо знали, что вскрыть особый секретный пакет можно только по распоряжению Председателя Совета Народных Комиссаров СССР или народного комиссара обороны СССР.

Только!

А телефонограмму подписал заместитель начальника оперативного отдела штаба армии.

Было над чем призадуматься. Раздались справедливые деловые советы:

— Надо запросить Луцк!

— Запросить Киев!

— Запросить, наконец, Москву — дело серьезное…

Рокоссовский на минуту задумался. Он не сомневался: в секретном пакете — война. А раз война, то сегодня, сейчас дорог каждый час, каждая минута.

Начальник штаба корпуса доложил:

— Нет связи ни с Москвой, ни с Киевом, ни с Луцком. Все линии повреждены. Принимаются меры к восстановлению связи.

Командир корпуса посмотрел на стоявших вокруг него офицеров. Напряженные строгие лица. Они ждали, какое он примет решение в минуту ожидаемой тревоги…

Партия и народ возложили на него самую высокую ответственность: защищать родную землю. Значит, надо действовать, а не ждать, пока восстановят связь и поступит подтверждение телефонограммы.

Рокоссовский вскрыл пакет.

Плотная бумага конверта в застывшей тишине разорвалась с оглушительным треском.

Как он и предполагал, в пакете был приказ о выступлении на боевые позиции:

«Немедленно привести корпус в боевую готовность и выступить в направлении Ровно — Луцк — Ковель…»

Это была война. Война с фашистской Германией.

Рокоссовский посмотрел снова на офицеров штаба. Для многих из них это первая в жизни война, первое грозное испытание. Важно сразу же создать в штабе и во всем корпусе деловую обстановку, показать молодым офицерам пример выдержки, хладнокровия, деловитости. Спокойно, обычным тоном, словно начиналось привычное учение, приказал:

— Объявляю боевую тревогу. Командиров дивизий немедленно вызвать на мой НП. Войскам быть готовыми выступить сегодня в 14.00.

В точно установленное время, в установленном порядке, по указанным маршрутам соединения корпуса двинулись на запад, к границе, на войну.

Трудно на войне. Особенно трудно в ее начале, когда еще так свежа память о мирных днях, когда еще душа и тело не перестроились на военный лад. Трудно солдатам, начинающим свою первую войну, трудно командирам.

Трудно, может быть, труднее всех ему, командиру корпуса. Нет связи со штабом армии, нет связи со штабом округа. Неизвестна обстановка на границе: что там, как там? Неизвестно, что происходит справа и слева. Все вопросы надо решать самому, решать оперативно, сейчас же. На завтра не отложишь.

В первые сутки соединения корпуса сделали почти невозможное — прошли 50 километров. В жару, с оружием и боеприпасами. Шли с одной мыслью: как можно скорее дойти до границы, вступить в бой с захватчиками, отбросить врага за пограничные столбы…

Нельзя сказать, что напряженный, тревожный марш-бросок был для воинов корпуса неожиданным. Они готовились к нему, они готовились к возможным боям с фашистами…

Генерал Рокоссовский прибыл в Киев весной сорокового года. Войсками Киевского особого военного округа тогда командовал Георгий Константинович Жуков. Они встретились по-дружески: еще с 1924 года, с дней совместной учебы в Ленинграде на курсах усовершенствования кавалерийских командиров, связывало их глубокое уважение друг к другу, чувство дружбы, зародившееся в те давние дни. И Жуков искренне обрадовался, что в округ приехал Рокоссовский: еще за один корпус можно быть совершенно спокойным.

Рокоссовский тоже был рад. Он высоко ценил Жукова, его полководческий талант, энергию, твердую волю.

— Занимаемся боевой подготовкой, — рассказал Жуков. — Осваиваем тактический опыт, полученный во время вооруженного конфликта с Финляндией и в схватках на Халхин-Голе. Да и военные действия в Европе дают поучительный материал для размышлений. Так что сидеть без дела не придется.

Приняв корпус, Рокоссовский сразу же включился в работу. Рядом граница. За границей — сильный, коварный, хорошо вооруженный враг, уже имеющий опыт войны в Западной Европе. Надо готовиться. Кто знает, сколько еще есть в запасе времени?..

Чувствуя сложность обстановки, Рокоссовский работал с утроенной энергией. Прежде всего он решил хорошо изучить свои части. Рапорты, донесения, доклады давали широкое представление о положении дел, но они не могли заменить общение с людьми.

С подъема до отбоя он в войсках. Беседует с командирами и бойцами, проверяет боевую учебу, вникает во все вопросы, связанные с подготовкой командного состава. Рокоссовский проводит командно-штабные выходы в поле, военные игры на картах, полевые поездки по возможным маршрутам соединений корпуса…