– А что там с мзинами? – Я вспомнил о бронированном чудовище с кучей дальнобойных лазерных установок. Кошачий линкор все еще болтался где-то неподалеку, а хвостатые жаждали поквитаться с обидчиками.

– Тактический интерфейс! – скомандовал Алан.

Голубой шарик планеты Грязь пропал, а вокруг развернулась схема звездной системы с отметками кораблей.

На проекцию накладывались полупрозрачные линии, разноцветные пятна и непонятные мне символы. Псион замахал руками, отдаляя изображение. Короткая команда – и я увидел два зеленых пятнышка и одно красное.

– Это мы, – ткнул пальцем в одну отметку Алан, а затем махнул в сторону другой. – А это «Шахул», наш корабль обеспечения. Нелюди ничего не смогут нам сделать!

Приглядевшись, я увидел тянущиеся за отметками выхлопы – крошечные ярко-синие хвостики человеческих кораблей и жирный коптящий факел линкора мзинов. Проекция выглядела на редкость реалистично.

Я кивнул, сообразив, что пятна, окружающие символы, – зоны действия оружия, а полупрозрачные линии с меняющимися цифрами обозначают направление движения и скорость. Неповоротливый линкор никак не успевал за шустрым кораблем людей, а второй выскочил слишком далеко, и его разгону никто не мешал. Протянул ладонь к россыпи зеленых точек, и искин послушно приблизил этот участок.

Мы некоторое время наблюдали за парой бомбардировщиков, которые заваливали мобильный завод бомбами. Взрывы полыхали на бортах искалеченного гиганта, а из многочисленных пробоин вырывались шлейфы рассеивающегося газа.

Маленькие безжалостные осы крутились вокруг туши, вырывая из нее внушительные куски обшивки. Все-таки размер имел значение, и быстро уничтожить такую огромную цель не выходило. Но скорее всего, пилоты устроили тренировку, пробуя различные боеприпасы и отрабатывая маневры. Некоторые бомбы вспыхивали, осыпая серую шкуру роем поражающих элементов, другие лопались где-то внутри.

После особо мощного взрыва гигант развалился на несколько кусков, а остальное на глазах превращалось в облако космического мусора. Алан возбужденно засопел, приблизив картинку самого большого обломка. На обшивке ползали фигурки мзинов – им повезло пережить агонию корабля. Знакомство с людьми для хвостатых окончилось крайне плохо – я подумал, что из полутора тысяч разумных уцелело всего несколько. Но я не сомневался, что и они обречены.

Рядом пронесся стремительный силуэт бомбардировщика – и кувыркающийся обломок вспыхнул огненным фейрверком. Сверкнули яркие выхлопы уходящих кораблей, и холодный свет звезд заиграл на разлетающихся фрагментах обшивки и распотрошенных телах.

Аппарат замер рядом с нашим абордажным ботом – в помещении дока никого не оказалось, кроме пары техников, – они увлеченно ковырялись в истребителе мзинов.

– Ты прошел перерождение… – задумчиво протянул Алан. – На что это похоже… ну, когда сущность покидает тело?

– Ну… – задумался я. – Вроде как попал в холодную пустоту, где нет совсем ничего.

– Шимшон собирается пройти перерождение, – сказал Алан. – Просто интересно, как это. Но я хотел бы узнать о Кольце. Скоро мы покинем систему. Ты позволишь мне увидеть? Думаю, я мог бы узнать что-то особенное…

– Конечно! Мы обязательно поговорим на эту тему, – пообещал я, лихорадочно вспоминая, чем бы заинтересовать ценный источник информации. Все-таки за эти полчаса я узнал больше, чем за последние пару месяцев.

– Рахиль говорит, что там все не так, как кажется…

– Там столько всего интересного. Старшие, Тадж, загадочные руины Древних, разные странные нелюди и сам Илгус! Ты, наверное, слышал. Илгус – это любовь! Живой бог. Тот, кто спасет всех, предотвратит конец вселенной и тому подобное…

– Боги мертвы, – возразил Алан, закрывая люк. – А конец давно уже позади и ничего нельзя исправить.

– Как скажешь, – улыбнулся я, помахав рукой улетающей капсуле.

Когда я добрался до жилого модуля, там вовсю шел процесс инвентаризации трофеев. Для того чтобы загнать внутрь гравиплатформу, наемникам пришлось сдвинуть койки и шкафчики к стенам. Рядом громоздились ящички, сундучки и коробочки – их потрошили наемники, раскладывая добычу по кучкам.

Только Сорм не принимал участия в этом веселье – верзила сидел на полу и гипнотизировал мрачным взглядом свой трофей. В могучих лапищах наемника отрубленная голова кошачьей аристократки выглядела игрушкой. Я поморщился, уловив запах тухлятины.

– Что они хотели? – повернул голову командир.

– Да ничего, – пожал плечами я. – В общем, не стоило эту штуку сюда тащить. Пообщался с местными псионами, но все обошлось. Крутые ребята!

– У меня такое чувство, что в этом ящике было самое ценное! – заметила Шата, бросив в кучу неопознанных вещей шкатулку с загадочным содержимым. Прибор протестующее пискнул, не найдя в своем банке данных ничего похожего.

– Нет, кроме небольшого заряда и какой-то дряни, разъедающей металл, – ничего, – ответил я.