«Ничего не значит. Я не собираюсь сводить вас, но и ты должен понять, что любое твое поползновение в сторону Мары будет отслеживаться мною лично. И если не хочешь продолжать, то лучше не начинай».

– Тебе не кажется, что это не твое дело? – спросил Лео, проводя по своей одежде рукой и приводя ее в надлежащий вид.

«Нет», – ответил Каа’Лим, по примеру Лео приводя себя в порядок.

Когда я спустилась на первый этаж, Рита как раз заканчивала разносить последние заказы своей смены. Поставив на один из столиков кружки с пивом и тарелку гренок с чесноком, она подошла ко мне.

– Хорошо, что ты немного раньше, – сказала Рита, не здороваясь, передавая мне поднос. – А твой поклонник уже здесь.

– Поклонник? – переспросила я.

– Ну да, – кивнула она, подтверждая свои слова. – Вон тот шатен с голубыми глазами каждый вечер приходит как раз перед твоей сменой, – кокетливо стрельнув глазками в сторону вампира, что при первой встрече обозвал меня страшилищем, сказала она.

– Хорош поклонник, – фыркнула я, смотря в ту же сторону, что и Рита, и понимая, что вампир, скорее всего, прекрасно слышит наш разговор. Сейчас мужчина медленно пил красное вино не слишком хорошего качества, но другого у нас и не подавали.

– Вы только посмотрите, – хмыкнула Рита. – Такой мужик, а она еще и недовольна. Хотя я, конечно, понимаю, что с твоей внешностью от поклонников отбоя нет. – На этой ее фразе вампир странно поперхнулся и закашлялся. – Но все же молодость и красота не вечны. Пусть сейчас ты куда красивее меня. – У вампира глаза стали похожи на блюдца, а кашель только усилился. – Но надолго ли? – изогнув бровь, спросила она. – Конечно, – не унималась моя сменщица, – с твоими формами и данными думать о будущем не слишком-то актуально! Но поверь мне: в нашем заведении, будь ты трижды красотка, мужа найти очень сложно. Посмотри на меня, я ведь тоже была когда-то ого-го! А что с того? Все думают: раз я продаю пиво и разношу его до самой ночи, то после непременно ублажаю клиентов своим телом. Нет, ну было, конечно, пару раз… А у кого не было?! – возмутилась Рита, а я поняла, что моя «подружка» затронула излюбленную тему «о мужиках». И говорить о них эта женщина могла бесконечно. – Не суть, – неожиданно оборвала саму себя она. – Одним словом, он ждет, когда у него примут заказ. Так что иди и будь обаятельна, вежлива и в меру обворожительна!

– Рита, заказ я приму, но давай договоримся, что вопросы личной жизни я буду решать сама. Хорошо?

– С твоим характером будет странно, если они когда-нибудь возникнут, – хмыкнула она, прежде чем повернуться ко мне спиной и отправиться в сторону кухни.

Провожая ее фигуру взглядом, я думала, что для людей очень много значит то, как складывается их личная жизнь. Имеет ли это такое же значение для нелюдей? Смотрят ли у них с жалостью на тех, у кого нет второй половинки? Вот та же Рита могла бы стать хорошей женой, матерью, казалось, что именно в этом она и видела смысл своего существования. Но сейчас, когда ей почти сорок, а семьи все нет, она чувствует, что ее программа жизни нарушена. Была бы она счастливее, если бы так упорно не стремилась к этой цели? Может ли изначальная установка на одиночество сделать жизнь лучше?

Оставив эти мысли до лучших времен, я направилась прямиком к столику, который занял вампир. Я и сама давно заметила, что он каждый вечер приходит в этот зал, но никогда прежде не задумывалась, почему он так делает и что тянет его сюда.

– Добрый вечер, – сказала я. – Вы готовы сделать заказ?

Он внимательно посмотрел на меня, словно пытался что-то осознать. Но, быстро совладав с собой, сказал:

– Еще вина.

– Это все?

– Нет, – сказал он, улыбнувшись мне, не показывая зубов.

На мой вкус, он был слишком маленького роста. Но это если учесть тот факт, что я была слишком высокой, по человеческим меркам. Лицо у него было довольно привлекательное, хотя чувствовалась некая хитринка во взгляде, которая несколько мешала.

– Что еще? – спросила я.

– Хочу провести с тобой вечер, – без обиняков сказал он.

– Нет, – холодно ответила я.

Этот мужчина начинал меня не на шутку бесить, потому как при каждой нашей встрече он постоянно пялился на мою грудь. Он разговаривал с ней, улыбался ей, даже заказ делал тоже ей!

– Почему же нет? Может, стоит подумать? – вопросительно изогнув бровь, спросил он.

– Подумать? – переспросила я, едва сдерживаясь. – Не о чем тут думать, понял?!

Вампир поднял голову так, что теперь я могла видеть его глаза, потом его зрачок вдруг расширился и вновь сузился до маленькой точки.

– Сегодня ночью придешь ко мне в комнату, поняла? – вновь обратился он к моей грудной клетке.

Сложно было не почувствовать, что этот мелкий гад только что попытался на меня воздействовать. Правда, все его ментальные потуги были мне что мертвому припарка. Особенно если учесть тот факт, что после встречи с ней даже Лео не мог пробиться в мои мысли. Сейчас я молча смотрела вампиру в глаза и боролась с желанием треснуть ему по голове подносом. О богиня, как же мне этого хотелось! Чтобы аж зазвенело в его клыкастой тыкве! Но понимая, что тут не место для этого, я глубоко вздохнула и сказала:

– Хорошо.

– Сразу как закончится смена, поднимешься ко мне, – еще раз повторил он, а после добавил: – Иди работай.

Стиснув поднос покрепче, я повернулась к мужчине спиной и пошла туда, куда послали…

Казалось, что смена длится и длится. Время тянулось и тянулось, зуд в кулаках усиливался. Я боялась браться за стеклянные предметы, потому как на кухне уже раздавила одну кружку. Гнев бурлил и кипел, не желая находить выход. Все чаще я выходила из зала, призывая себя к спокойствию и выравнивая дыхание, чтобы ничем себя не выдать. Понимала я, что и сердце мое должно стучать спокойно и размеренно, как у ничего не подозревающей человеческой женщины. По личным причинам я относилась к вампирам предвзято. Тарий был исключением, но в основном, стоило мне встретить хотя бы одного представителя этой расы – и я внутренне готовилась к тому, что от них будут проблемы. Возможно, помимо личного опыта во мне говорила и кровь моих предков. Они не слишком-то жаловали этот странный гибрид, который когда-то давно стал результатом связи людей и демонов. И мне все больше казалось, что мое отношение к ним вполне оправданно. Особенно сейчас.