Виктор посмотрел на брата и негромко произнес:

– Я не буду тебя водить за нос, а скажу сразу: больше под свое командование ты не получишь ни одного воина.

– Почему? – Питер возмутился.– Наш отец послал тебя на Донегал не отсиживаться. Ты участвовал в боевых действиях и заслужил славу в войне с кланами. Почему ты не можешь теперь послать на Донегал меня? Ты знаешь, что я смогу подавить любое неповиновение или восстание против Штайнер-Дэвионов.– В голосе Питера послышались воинственные нотки.– Если бы наш отец был жив, он поступил точно так же.

– Он поступил так же в три тысячи тридцать четвертом и сразу понял, что совершил ошибку.

– Значит, теперь ты можешь поправлять нашего отца? – Питер чуть не закричал на брата.– Виктор, да ты что! Ты за кого себя считаешь?! Ты что, самый умный и самый великий?

– Смени пластинку,– спокойно ответил Виктор,– эту я уже слышал.– Он посмотрел на брата и ткнул в него пальцем.– Я знаю, что делаю, и не тебе меня укорять. Двадцать лет назад, развязав военные действия, наш отец едва не потерял Остров Скаи. Там целый клубок проблем, и ни одна из них не решена и поныне. И теперь мне снова предстоит всем этим заниматься. Я собираюсь решить все спорные вопросы, чтобы мои дети, наши дети, больше никогда к ним не возвращались.

– Наш отец хотел того же самого,– Питер покачал головой,– как же ты можешь недооценивать его действия?

– Могу,– ответил Виктор спокойно,– потому что я многому у него научился. Я видел все его ошибки и не собираюсь их повторять.– Виктор хлопнул ладонью по столу.– Здесь нужны тонкость и чутье, а не тупая военная сила.

– И я – всего лишь часть твоей тонкой игры? – сузив глаза, спросил Питер.

– Кем ты себя считаешь, мы уже установили. Ты отправишься туда, куда я тебя пошлю, и будешь делать то, что я прикажу.

Питер откинулся на спинку кресла, сложил на груди руки и небрежно посмотрел на Виктора:

– Так куда вы решили послать вашего покорного слугу, ваше высочество? Может быть, на планету Зания в Дом Святого Маринуса проводить время в молитвах и медитации?

– Ты недалек от истины, Питер. Такой вариант я рассматривал, но отверг. Пока. Хотя, может быть, я снова ошибся, работа с Морганом Келлом могла бы пойти тебе на пользу. Во всяком случае, спасибо, что ты мне об этом напомнил, я могу снова вернуться к этому варианту.– В глазах Питера мелькнул неподдельный ужас, Виктор заметил это и сказал более примирительным тоном: – Нет, Питер, тебе еще рановато на покой, ты мне нужен. Ты умеешь ладить с людьми и привлекаешь внимание хотя бы своей фамилией. Так что ты можешь еще быть мне полезен.

Как ты знаешь, я срезал ассигнования на поддержку Тормано Ляо и его движения за освобождение Конфедерации Капеллана. В результате этого шага Чжан-чжень де гуани, головорезы, вдохновляемые Сун-Цу, стали более агрессивными, и Тормано сейчас приходится очень трудно. Так вот, я назначаю тебя военным советником и офицером связи при Тормано Ляо. От тебя требуется только одно – быть всегда на виду, побольше общаться с людьми и, самое главное, не дать Тормано отчубучить какую-нибудь глупость, он горазд на всякие нелепые и провальные операции.

– Между нами говоря, Тормано – из тех собак, кто только лает, но не кусается, а в качестве кого я буду при нем находиться? В качестве столба, к которому привязана его цепь?

– Нет. В качестве разумного хозяина, который способен заставить его рычать еще более грозно, но который не даст ему никого укусить,– резко ответил Виктор. «А у тебя в свою очередь будет свой хозяин, умный и наблюдательный. Думаю, что таким может быть Кай»,– подумал Виктор, глядя на Питера.– Кстати, Тормано уже прислал рапорт, в котором просит тебя побыстрее прибыть и заняться вопросами защиты диких животных, так что можешь считать вопрос вполне согласованным.

– По сравнению с этим мысль осесть на некоторое время в Доме Святого Маринуса начинает мне казаться более привлекательной.

– Не знаю, все зависит от тебя. Не исключено, что у тебя будет возможность сделать необходимые сравнения.

– Не хотелось бы,– ответил Питер.– Значит, ты отправляешь меня на Солярис. Я смогу там водить боевых роботов?

– На церемониях, где это необходимо,– да.

– А участвовать в битвах? Как Гален Кокс?

– Нет. Участие в битвах на Солярисе – очень сомнительное дело. Согласен, можно добыть себе славу, но если вдруг тебе придется сражаться с бойцами герцога Риана и ты проиграешь...

– Такого не случится. Виктор пожал плечами:

– Я не собираюсь рисковать. Питер, перестань думать как солдафон, стань хотя бы ненадолго политиком, и ты поймешь, что это требует больше ума и мужества, чем управление роботом.

Питер медленно поднялся и спросил:

– Это на всю оставшуюся жизнь?

– Все будет зависеть от многих факторов. Некоторые ты знаешь, а о некоторых даже не догадываешься.– Виктор хотел сказать брату, что он очень сожалеет, что дает ему такое неприятное и малопочтенное поручение, но это показало бы его слабость, а он должен всегда оставаться сильным.– Я распорядился перенести все твои вещи в падун. Ты вылетаешь немедленно.