Шрифт:
Сара Такая-то начала с вопросов, которые звучали как начало обычного собеседования.
— Элис, сколько вам лет?
— Пятьдесят.
— Когда вам исполнилось пятьдесят?
— Одиннадцатого октября.
— Какое сейчас время года?
— Весна, но уже чувствуется, что лето на подходе.
— Я знаю, сегодня жарко. А где мы сейчас находимся?
— В отделении нарушений памяти Массачусетского главного госпиталя в Бостоне, штат Массачусетс.
— Вы можете перечислить предметы, изображенные на этой картинке?
— Книга, телефон, лошадь, машина.
— А что это у меня на блузке?
— Кнопка.
— А на пальце?
— Кольцо.
— Вы можете произнести по буквам слово «вода» в обратном порядке?
— А-д-о-в.
— И повторите, пожалуйста, за мной следующее: кто, что, когда, где, почему.
— Кто, что, когда, где, почему.
— Вы можете поднять левую руку, закрыть глаза и открыть рот?
Она смогла.
— Элис, какие предметы были на картинке, которую я вам показывала?
— Лошадь, машина, телефон, книга.
— Замечательно. А теперь напишите что-нибудь вот здесь.
Я не могу поверить, что когда-нибудь не смогу это сделать.
— Замечательно. А теперь за минуту назовите, сколько сможете, слов на букву «в».
— Вспомнить, всегда, весело, враг, выжить, верх, вдуть. — Она рассмеялась. — Простите за последнее.
«Простите — на „п“».
— Все нормально, я часто такое слышу.
Элис стало интересно, сколько слов она бы оттарабанила год назад и сколько слов в минуту считается нормой.
— Теперь овощи. Перечислите как можно больше.
— Аспарагус, брокколи, цветная капуста. Лук-порей, репчатый лук. Перец. Не знаю, больше ничего не могу придумать.
— И последнее — четвероногие животные.
— Собаки, кошки, львы, тигры, медведи. Зебры, жирафы. Газели.
— А сейчас прочитайте, пожалуйста, вслух это предложение.
Сара Такая-то подала ей листок бумаги.
— «Во вторник, второго июля, в Санта-Ане, Калифорния, из-за пожара был закрыт аэропорт Джона Уэйна, пострадали тридцать пассажиров, включая шестерых детей, и двое пожарных», — прочитала Элис.
Это была история Нью-Йоркского университета, тест на повествовательную память.
— Теперь перечислите как можно больше деталей, касающихся истории, которую вы только что прочитали.
— Во вторник, второго июля, в Санта-Ане, Калифорния, из-за пожара был закрыт аэропорт, тридцать человек пострадали, в их числе шесть детей и двое пожарных.
— Замечательно. Теперь я покажу вам набор карточек с картинками, а вы просто будете говорить, что на них изображено.
Бостонский тест присваивания имен.
— Портфель, фейерверк, телескоп, и'глу, песочные часы, носорог. — «Четвероногое животное», — Ракетка. Стойте, подождите, я знаю, что это. Лесенка для растений? Решетка? Нет. Шпалера! Аккордеон, крендель, погремушка. О, подождите, пожалуйста. У нас на Кейп-Код это есть во дворе. Это подвешивают между деревьями для отдыха. Это не гондола. Горловина? Нет. О господи, начинается на «г», просто вылетело из головы.
Сара Такая-то сделала отметки в своем листе подсчета очков. Элис хотела возразить, что ее ошибка могла быть обычным случаем блокировки памяти, а не симптомом Альцгеймера. Даже с абсолютно здоровыми студентами раз-два в неделю случается такое.
— Все нормально, давайте продолжим.
Элис легко назвала все предметы на оставшихся карточках, но никак не могла активировать нейрон, который раскодировал бы название сетки для отдыха. Свою сетку они подвесили между двумя елками в Чатеме. Элис помнила, как они с Джоном, лежа на ней, отдыхали после обеда, помнила прохладную тень, плечо Джона на подушке, аромат кондиционера его хлопковой рубашки смешивался с летним запахом загоревшей на солнце и просоленной в океане кожи и проникал в нее с каждым вдохом. Она прекрасно помнила все это, но только не название чертовой сетки на букву «г», на которой они лежали.
Дальше она проходила Векслеровские тесты, тест на составление изображений, прогрессивные матрицы Равена, тест Лурии на мысленное вращение, тест Струпа, копировала и вспоминала геометрические фигуры. Она посмотрела на часы. В этой комнатушке она провела уже больше часа.
— Хорошо, Элис, а теперь я хочу, чтоб вы вернулись к короткой истории, которую читали раньше. Вы можете ее пересказать?
— Вообще-то я не очень много помню.
Вот оно — ее болезнь выставлена во всей красе под флуоресцентной лампой, чтобы Сара Такая-то могла изучать ее и делать заключения.