– Город изменился, Эйш. Я не понимаю, как ему удалось, но Дух установил здесь порядок.

– Что бы он ни делал, если он позаботится о вашей безопасности, я даю свое благословение.

Сарин посетила внезапная идея. Если Эйш выжил… Значит, у нее осталась связь с внешним миром, с Киином и остальными.

– Ты знаешь, что происходит у наших дворян? – спросила она.

– Нет, госпожа. После провала свадьбы я целый час требовал от патриарха, чтобы он освободил вас. Мне показалось, что его не расстроило ваше падение. Уйдя от него, я понял, что потерял вас. Я полетел к воротам Элантриса, но ‹ опоздал и не видел, как вас отправили в город. Я спросил часовых, куда вы пошли, но они отказались со мной разговаривать. Сказали, что нельзя говорить о новых элантрий-цах, а когда я объяснил, что я ваш сеон, они начали меня сторониться и перестали отвечать на вопросы. Пришлось летать по городу наугад.

Сарин заулыбалась: она представила, как солидный, полный достоинства сеон – по сущности своей порождение языческой магии – спорит с главой кораитской церкви.

– Ты не опоздал к моему изгнанию, Эйш; ты прилетел слишком рано. Как я поняла, жрецы отправляют людей в Элантрис в определенное время суток, а свадьба происходила позже. Я провела ночь в часовне, и меня отвели сюда в следующий полдень.

– А, – только и произнес сеон, понимающе покачиваясь.

– Я думаю, в будущем ты всегда сможешь найти меня – здесь, в чистой части города.

– Интересное место. Раньше я никогда не долетал сюда – оно умело спрятано от взгляда снаружи. Почему оно так отличается от всего Элантриса?

– Возвращайся завтра и увидишь.

– Возвращаться, госпожа? – возмущенно спросил Эйш. – Я не собираюсь покидать вас!

– Ненадолго, мой друг. Мне необходимы новости из Каи, а ты передашь остальным, что со мной все в порядке.

– Да, госпожа.

Сарин задумалась. Дух прилагал немалые усилия, чтобы никто из внешнего мира не узнал о Новом Элантрисе; она не хотела невзначай выдать его секрет, хотя доверяла кругу дворян, как самой себе.

– Скажи им, что разыскал меня, но умолчи обо всем необычном, что видел здесь.

– Да, госпожа, – удивленно откликнулся он. – Одну секунду, миледи, ваш отец хочет поговорить с вами.

Сеон замерцал, его свет начал таять, растекаться и превратился в голову теоданского короля.

– Ин? – в лихорадочном волнении позвал Эвентио.

– Я здесь, отец.

– Хвала Доми! Сарин, ты цела?

– Все хорошо, – заверила девушка.

При виде отца к ней вернулось самообладание. В этот момент принцесса поняла, что способна выдержать любые испытания, пока у нее остается возможность поговорить с Эвентио.

– Чертов Сейналан, будь он проклят! Он даже не попытался вызволить тебя. Не будь я преданным кораитом, я бы его с радостью обезглавил!

– Нужно быть справедливыми, отец. Если крестьянок отправляют в Элантрис, то почему должны делать исключение для королевской дочери?

– Если верить моим осведомителям, в эту дыру никого нельзя посылать.

– Здесь не так плохо, как ты думаешь. Не буду вдаваться в подробности, но жизнь в Элантрисе не настолько безнадежна, как ожидалось.

– Безнадежна или нет, я тебя оттуда вытащу.

– Нет, отец! Ни в коем случае не посылай в Арелон войска, – ты не только оставишь Теод беззащитным, но и испортишь отношения с единственным союзником.

– Если предсказания моего человека сбудутся, Арелону недолго осталось быть нашим союзником, – мрачно заявил Эвентио. – Герцог Телри набирает поддержку, и любой арелонец уверен, что уже скоро он займет трон, а еще всем известно, что он очень дружен с джьерном Хратеном. Ты старалась, Ин, но Арелон потерян безвозвратно. Я собираюсь вызволить тебя из Элантриса – и мне не понадобится вся военная мощь, – а потом начнем готовиться к вторжению. Пусть вирн шлет войска тысячами, им все равно не прорваться через нашу армаду. Флоту Теода нет равных.

– Отец, может, ты и готов поставить крест на Арелоне, но я не могу.

– Сарин, – повысил голос король, – не начинай. Ты такая же арелонка, как я…

– Я не отступлюсь, – твердо сказала принцесса. – Я не покину Арелон.

– Идос Доми, Сарин, это безумие! Я не только твой отец, но и монарх! И я верну тебя в Теод даже против воли.

Сарин глубоко вдохнула, чтобы успокоиться; грубым упрямством от Эвентио ничего не добьешься.

– Отец, – начала она, позволив любви и уважению смягчить просьбу. – Ты научил меня дерзать. Ты сделал меня сильнее. Иногда я ругалась на тебя, но я очень благодарна за твою поддержку. Ты подарил мне свободу быть собой. Неужели теперь ты собираешься перечеркнуть свои принципы и лишить меня выбора?

Седая голова отца безмолвно поникла.

– Твои уроки не принесут плодов, пока ты не отпустишь меня, – тихо продолжала девушка. – Если ты искренне веришь в идеалы, которым учил меня, то позволишь мне принять решение самостоятельно.

– Ты их так любишь, Ин? – негромко спросил Эвентио.

– Они стали моим народом.

– Ты прожила в Арелоне меньше двух месяцев.

– Любовь не зависит от сроков, отец. Я должна остаться здесь. Если Арелон падет, я паду вместе с ним, но я не считаю, что все потеряно. Должен найтись способ остановить Телри.