Слава так и замер с поднятой ногой.

И принялся ругать себя…

За то, что думал только о том, как заработать, хотя были более животрепещущие вопросы…

За то, что вместо того, чтобы мечтать о том, как, наконец, разбогатеть, нужно было прикидывать, как строить разговор с неизвестным, который явно, рано или поздно, сюда вернется…

За то, что встречу эту можно было, хоть и трудно, просчитать…

Например, простой вопрос: правильно пускать сейчас человека в его квартиру или надо было найти заранее подходящую палку и заклинить вход.

А когда он все-таки войдет (история с палкой явно глупая, тут могут и полицейского пригласить, вот будет желаемая встреча), быть в этой комнате или пока спрятаться в своей?

Дать ему осмотреться, поглазеть по сторонам, увидеть пролом в соседнее помещение или сразу выйти навстречу?

Начать с того, что «я мол из будущего…» или попробовать все-таки понравиться, найти общий язык, а уж потом бить по голове странными новостями?

С человеком явно нужно договариваться, а ни одного аргумента для предстоящего разговора Слава не продумал…

Но ведь не договориться нельзя, какой бы вариант из двух обдуманных раньше наш герой ни выбрал, нужно иметь с «соседом» нормальные человеческие отношения, а еще лучше просто сотрудничать.

Сделать вид, что ничего нет, что ни соседа, ни его комнаты просто не существует, нельзя. Рано или поздно он сам придет, да скорее всего, не один…

И уж тем более нельзя вступать в конфликт, такой вариант вообще может привести к непредсказуемым последствиям.

Если сосед обратится в полицию, а это в те времена при конфликте – норма, то что произойдет?

Городовой или как там его, обнаружит дверь, войдет, увидит телевизор и порубает его шашкой?

А через окно углядит машины и голых (с его точки зрения) дам и не спеша сойдет с ума…

Или успеет, перед тем как рехнуться, вызвать начальство?

А начальство, убедившись, что Держиморда не пьян и все правда, доложит по инстанциям.

И прибудет отряд жандармов и выйдут они на свет Божий посреди Москвы две тысячи тринадцатого года?

И что сделают?

Тут Славина фантазия отказывала…

Но ничего хорошего он от такой ситуации ждать не мог и не ждал…

Но еще хуже будет, если получится наоборот, то есть если в открывшуюся дверь тронется кто-то из сегодняшнего дня во вчерашний…

А такое возможно…

И довольно легко, если не сговориться с хозяином.

Потому что если в проем сунутся городовые или жандармы, то Прохорову придется просто бежать… Сидеть в тюрьме, когда тебе шестьдесят, хорошо сегодня только в Норвегии, а вот Россия ни тогда, ни сегодня для такого образа жизни не была страной подходящей…

А если не бежать, то защищаться. Силой от силы: значит, либо менты, либо бандиты.

И те и другие в записной книжке имелись…

И ни те, ни другие для этой роли не годились…

Потому что представить себе нынешних ментов в те времена было еще трудней, чем жандармов в наши…

А уж бандюков…

А их появление на арене было более чем реально. Слава был почти на сто процентов уверен, хотя никаких прямых доказательств не имел, что где-нибудь в доме напротив снята квартира и там сидит человек Гороха и бдит, чтобы наш герой не попятил чего-нибудь хозяйского…

Рекомендации – рекомендациями, старое знакомство – старым знакомством, но гаденыш отлично понимал, что некоторые экземпляры своей коллекции, если Прохоров их попятит, он уже не восстановит никогда, и ему дешевле было организовать круглосуточное наблюдение, чем потом ловить своего библиографа по всему свету.

А что будет, если Горох с его жаждой денег и власти, с его извращенным умом и умением придумывать всякие подлости, попадет в девятьсот тринадцатый, никакая Кумекая Сивилла не могла бы предположить и никакой великий Данте не смог бы нафантазировать.

Ясно было одно, что если дверь будет работать, то надо бежать из России подальше, но если туда, в прошлое, попадет Горох со своими возможностями, то эмигрировать придется не из России, а с планеты Земля.

Значит, допустить этого Слава не мог и нужно было, просто необходимо с «соседом» договариваться…

Только как это сделать?

Рассказать, что вот я просто сосед, предварительно вынеся из квартиры все, что выдает его, Прохорова, с головой?

Или наоборот, честно признаться, откуда он?