В глазах ее светилась надежда. Эльф улыбнулся, увидев ее. И снова стал самим собой.

— Давай помогу, — сказал он, подходя и поднимая женщину на руки.

«Само начало активных действий, та жуткая и до сих пор, по имеющимся у меня сведениям, неизученная Волна, захлестнувшая в едином порыве весь Север и приведшая к фактически моментальному захвату северных пограничных территорий Гаральда, началась ранним утром, еще до рассвета, двадцать первого октября 259 года. В день, который позже был назван днем Вторжения.

И первой на пути Орды Второго Нашествия была... небольшая передвижная крепость Гаральда, в тот момент находящаяся в введении одного из опытных командиров, носителя прославленного Гараладского Орла, Тагера Гранта. Мы уже знаем, что практически весь гарнизон крепости был вырезан в считанные минуты, мы даже знаем, как именно произошла сама атака и что необычного было в ней и после нее. Мы точно установили, как именно действовали отдельные части армады до и после этого штурма, одновременно с ним. Как начиналось продвижение на юг. Как был омрачен Хельтавар...

Однако нам до сих пор остается неясным, почему наступление на юг было начато Ордой именно с этой крепости. Малая по размерам и не имеющая практически никакого стратегического значения, она не должна была стать объектом того внимания, которое привлекла к себе.

Находясь несколько северо-западнее основного удара первой группы войск, крепость не должна была привлечь особое внимание направляющих армаду сил, — если только не было чего-либо, ценного настолько, чтобы оправдать отклонение некоторой, очень незначительной, правда, части войска в ту сторону, и собственно факт первенства взятия этой крепости во всем Втором Нашествии. Что стало решающим фактором в принятии такого решения? Чего искали в крепости Имлад жрецы Ррарга, возглавлявшие атаку? И нашли ли они это?..

В частности, именно этим вопросом занимается сейчас одна из групп вверенной мне комиссии. И, надеюсь, факты, которые нам удастся установить, помогут пролить свет на произошедшее там двадцать первого октября 259 года.

Пока же, благодаря уважаемым членам Совета и представителям Светлого Трона за внимательное прочтение, я имею честь завершить свое вступление с тем, чтобы приступить к дальнейшей работе над поставленными перед специальной комиссией задачами».

Выдержка из вступления к отчету Глена Кирдана, председателя специальной комиссии по исследованию причин распада ОСВ и последующего уничтожения Га- ральда в ходе Второго Нашествия Орды; датировано 24 октября 361 года; строго секретно, предназначено только для категорий доступа «В» и «А». Библиотека Дэртара, седьмой холл.

Мгновения непроницаемой темноты медленно сменились тусклым светом, забрезжившим вдали. Волны несли его вперед по реке бесчувственности к океану сна, но неожиданно где-то там, далеко, он увидел согнутого судорогой боли человека, в котором тут же узнал Вельха — с белым от боли лицом и яростными, полубезумными глазами.

Кровь текла по его коже: из носа, изо рта, из ушей, превращая лицо телохранителя в мертвенную гипсовую маску, изукрашенную бордовой кистью сумасшедшего художника; из-за Вельховой спины, окутывая его подобно одеянию, бил яркий, пронзительный белый свет, вселяя в холодное, застывшее сердце Даниэля тревогу и тоску. Стремительно пробуждая его.

Юноша ожил, приходя в себя, сердце его резко шевельнулось в спазме боли, и тут же к нему вернулись остальные чувства. После недолгой смерти он ожил. Одухотворение заполнило его.

«Где ты, Вельх? — мысленно воскликнул он, желая, чтобы мучения того, кто стал ему другом, закончились как можно скорее. — Держись!..»

Но Гленран услышал иное. Судорожно, через силу рванувшись, он неожиданно подбросил странный, похожий на круглую палку меч, перехватывая его за рукоять, изогнулся, мучительно закричав, и с силой метнул его вперед.

Даниэль не двинулся, и темно-коричневая молния ударила прямо в него. Невидимое стекло раскололось на тысячи кусков, со звоном падающих вниз... и юноша окончательно пробудился, слыша, как затихает дрожащий в воздухе звон...

...Он пришел в себя от жужжания мух, назойливо ползающих по лицу, по открытой коже рук. Пришел, чувствуя себя препаршиво. Ощущая, как от него несет пылью, плесенью и потом. Но не чувствуя холода, который должен был пробрать его, лежащего на дощатом полу, до самых костей. Зелье тепла по-прежнему действовало. Значит, он пробыл без сознания не более двух-трех часов.