– Что он сказал?

Я не хочу повторять слова Зеда, только не Хардину.

– Хардин… – Я хватаюсь за подушку, будто за спасательный круг.

– Говори! – требует он.

– Он просто сказал, что если бы спор выиграл он, то мы с ним были бы вместе.

– И каково это?

– Что?

– Каково слушать весь этот бред? Этого ты хочешь? Быть с ним, а не со мной?

Он начинает закипать, и я вижу, что он изо всех сил пытается сдержаться, но гнев уже готов вырваться наружу.

– Нет, этого я не хочу. – Я слезаю с кровати и не спеша приближаюсь к нему.

– Не надо. Не подходи ко мне. – Его слова глубоко ранят меня, и я замираю на месте.

– Чем еще ты с ним занималась? Трахалась? Отсасывала у него?

Как хорошо, что дома никого нет и никто не услышит эти мерзости.

– Господи, нет! Ты же знаешь, что нет. Не знаю, о чем я думала, когда целовала его. Я вела себя глупо, и мне было так плохо из-за того, что ты оставил меня.

– Оставил тебя? Это ты, на хрен, от меня ушла, а теперь я узнаю, что ты гуляешь по кампусу, как чертова шлюха! – кричит он.

Мне хочется заплакать, но ведь важны не только мои чувства, но и его, а им сейчас движет гнев и обида.

– Я не хотела. Не называй меня так, – говорю я, сжимая край стула.

Хардин поворачивается ко мне спиной, оставляя меня наедине с виной. Не могу представить, как бы я чувствовала себя на его месте, если бы такое случилось в самый ужасный период моей жизни. Но я не подумала о том, что он ощущает сейчас, когда это сделала я. Я ведь предполагала, что он тоже проводит время с кем-то другим.

– Хочешь пока остаться один? – неуверенно спрашиваю я.

– Да.

Я не хотела услышать такой ответ, но не спорю и выхожу из комнаты. Он не оборачивается.

Стою в коридоре и опираюсь на стену, не зная, что мне делать. Странно так думать, но лучше бы он накричал на меня, прижал бы меня к стене и потребовал сказать, почему я это сделала, вместо того чтобы глядеть в окно и просить меня уйти.

Может, в этом и проблема: мы оба жаждем эмоционального выяснения отношений. Не думаю, что это на самом деле так: мы через многое прошли за все это время, хотя перепалок у нас было больше, чем спокойных моментов. Я верила, что ссоры начинаются и заканчиваются в одно мгновение, как это бывает во многих прочитанных мной романах: извинившись, можно решить любую проблему и моментально наладить отношения. Книги врут. Может, именно поэтому я без ума от «Грозового перевала» и «Гордости и предубеждения»: обе истории по-своему невероятно романтичны, но при этом правдиво показывают, как слепа бывает любовь и к чему приводят пустые обещания.

Вот это и есть правда. Это и есть мир, в котором все совершают ошибки – даже невероятно наивная девчонка, обычно сама страдающая от бесчувственности и вспыльчивости своего парня. В этом мире никто не без греха, никто. А хуже всех тот, кто считает себя идеальным.

Грохот из комнаты, где остался Хардин, меня пугает, и я прикрываю рот рукой, когда он раздается снова и снова. Он все там разобьет. Я так и знала. Я должна остановить Хардина и не дать ему сломать что-нибудь еще в доме его отца, но, если честно, я боюсь. Не в том смысле, что он меня толкнет или ударит, – я боюсь того, что он может мне наговорить в таком состоянии. Но я не должна бояться, я сумею справиться.

– Черт! – кричит он.

Я захожу в комнату. Хорошо, что Кен пригласил Карен и Лэндона в кафе на десерт, но если кто-нибудь сейчас помог бы мне остановить его, это тоже было бы неплохо.

В руке Хардин держит деревяшку – увидев, что рядом с ним валяется стул, я понимаю, что это его ножка. Он отбрасывает ее в сторону, и его зеленые глаза загораются яростью.

– Ты понимаешь, что значит «оставь меня, на хрен, в покое», Тесса?

Делаю еще один глубокий вдох, чтобы не реагировать на его слова.

– Я не оставлю тебя в покое. – Мой голос звучит не так уверенно, как я хотела бы.

– Ты не знаешь, на что нарываешься, – угрожает он.

Я подхожу ближе к нему и останавливаюсь меньше чем в полуметре. Он пытается отступить, но упирается в стену.

– Ты не сделаешь мне больно, – говорю я в ответ на его пустые угрозы.

– Ты так уверена? Я и раньше это делал.

– Не нарочно. Я знаю, что ты не сможешь с этим жить, если такое случится.

– Ничего ты не знаешь! – кричит он.

– Поговори со мной, – спокойно говорю я.

Сердце выскакивает из груди: я смотрю, как он закрывает, а потом снова открывает глаза.

– Мне нечего тебе сказать, ты не нужна мне. – Его голос звучит неестественно.

– Это неправда.

– Нет, Тесса, правда. Мне ни хрена от тебя не надо. Он может тебя забирать.

– Мне нет до него дела. – Я пытаюсь не обращать внимания на его грубые слова.

– Видимо, есть.

– Нет, мне нужен только ты.

– Брехня! – Он бьет ладонью об стену. Это пугает меня, но я не двигаюсь с места. – Убирайся, Тесс.