Шрифт:
— Мама! Фиф! — зашептал во сне Инсон, вздрагивая и хлюпая носом.
Рута погладила его по черным шелковым волосам и поцеловала. Мальчик успокоился и улыбнулся.
— Что будем делать, подруга? — спросила ведьмачка, скорее у себя, потому что Цири совсем не реагировала сегодня на вопросы.
Ведьмачий медальон задергался еще больше. Прислушиваясь и озираясь, Рута хотела успокоить его, но вместо медальона рука за пазухой нащупала свисток.
— Ну, конечно!
Осторожно переложив голову Инсона, на лежащее рядом седло, она тихонько встала и отошла за торчащий вперед, словно нос корабля выступ скалы. Свисток протяжно заныл, где-то далеко в горах ему ответило эхо. Довольно долго ничего не происходило, и Рута снова поднесла его к губам, но тут прямо у ее ног, словно из-под земли вырвался луч света. Яркое пятно росло превращаясь в магический портал, который вскоре вышвырнул из себя, заспанного и удивленного Басто.
— Рута!?
— Как же я рада тебя видеть!
Глаза ведьмачки, отражая звезды, светились такой неподдельной радостью, что у Басто бешено заколотилось сердце. Огромным усилием воли успокоив себя, он даже слишком бесстрастно поцеловал ее. Рута насторожилась.
— Что случилось? — почувствовав недоверие, нежно спросил он, притянув к себе.
Ей вдруг стало так хорошо и спокойно. На несколько мгновений тревога, опасность и все проблемы перестали существовать. Его крепкие руки, прижимают ее к мускулистой груди. Теплое ровное дыхание струится по ее щеке. Запах его тела, пробуждает воспоминания, переносящие в баню, где только он и она…
Медальон снова заходил ходуном, возвращая к действительности, но отстраниться, оторваться от него нет сил ни душевных, ни физических.
«Баба! Самая, что ни наесть обычная баба! Размякла, растаяла, стоило только приласкать… — попыталась мысленно разозлить себя она. — Если он не поцелует меня — я умру…»
Точно читая ее мысли, он приподняв ее как маленькую девочку, нежно поцеловал. Затем вернув на землю, хитро улыбнулся.
— Ты за этим меня сюда вызвала?
Вдруг все вернулось. Вмиг она превратилась в натянутую тетиву. Он уже привык к резким переменам ее настроения, поэтому только тяжело вздохнул. Отстранившись, Рута рассказала все, что произошло.
— Одна хорошая новость все же есть, — выслушав ее, ледяным голосом отметил он, глядя холодным взглядом сквозь скалу. — Сельфина мертва, а значит им меня не отследить. Теперь я смогу подобраться незамеченным…
— Это, конечно, славно, но где нам спрятать Инсона?
— В Риане у озера Мондуирн. Этот замок принадлежал трем Сестрам и это последнее место где вас будут искать. Он хорошо защищен магией и теперь я один знаю как можно безопасно войти и выйти из него.
— Пока мы туда доберемся, нас сто раз Дамы найдут и уничтожат, — горько усмехнулась Рута.
— Мы пойдем через портал, который открывает свисток. Это очень опасно, Ложа старается контролировать все порталы и магические всплески, но раз уж я попал сюда благополучно, то может, удастся и второй раз…
— С детьми и лошадьми? — удивилась ведьмачка.
— Этот проход создали так, чтобы я смог притащить, если Сестрам понадобиться, целую дружину…
— Что это? — перебила его Рута, указывая на разноцветные всполохи, окружившие их со всех сторон на расстоянии ста шагов.
Сорвав с себя одежду, он вмиг обернулся леопардом. Приказав ведьмачке дуть в свисток, перескочил через скальный выступ, так легко словно это было не значительное препятствие. Когда по округе растекся унылый стон свистка, а из-под земли вырвался луч света Цири, дети и лошади уже стояли рядом с ведьмачкой.
— Садитесь верхом и берите детей, — прорычал он. — Как только крикну, прыгайте в портал, представив себе стоящую у озера Мондуирн Сельфину, двери замка открывает пароль: «Ватила» Будьте готовы, они близко!
— Дамы! — выдохнула Рута, обострившимся слухом уловив шелест платьев и позвякивание драгоценностей.
Как только портал разросся до десяти шагов в диаметре, Басто скомандовал:
— Вперед!
Успокоенные знаком лошади, бесстрашно шагнули в бурлящий светом овал. Зверь последовал за ними. Сквозь вспышки и плотный туман, Рута увидела как уменьшается в размерах темное пятно портала. Вдруг пятно зашевелилось, запрыгало и взорвалось, раскидав свои части вокруг, будто черные лохмотья.
Повернувшись к Басто, она увидела ужас в кроваво-красных глазах и словно в зеркале в них вспыхнул свет, затем оглушительный грохот ударил в затылок. Последнее, что она почувствовала — это как вцепились в нее маленькие ручонки Инсона, поводья впились между пальцев и бешенное ржание Шэво, заглушающее страшный свист и гул в ушах.
— Нет!
Открыв глаза, Борисий увидел над собой безоблачное небо, подсвеченное рассветом.
— Нет! Нет! — уже не кричал, а отчаянно шептал метавшийся на тюках ведьмак.
Его руки судорожно сжимали Священную книгу. Осторожно монах похлопал его по щеке. Геральт очнулся. Некоторое время он молча смотрел в пустоту, будто пытаясь понять где сон, а где действительность. Потом уже осмысленно взглянул на Борисия и бережно передал ему фолиант.
— Я видел, как взорвался магический портал со всеми кто мне был дорог. Больше не осталось ничего, ради чего бы стоило жить. Если только — убивать виновных! — в глазах ведьмака вспыхнул огонь ярости.
— Если ты жив, значит в этом есть смысл, — с сочувствием вздохнул монах. — Просто не всегда он нам открыт и доступен для нашего понимания. Время все расставит на свои места.