Шрифт:
– А ты можешь дать мне знания?
– Нет, – сказал Том. – Заткнись.
Уил помолчал.
– Зачем ты застрелил ту девушку?
– Пришлось.
– Она же просто лежала, – сказал Уил. – Она и так была при смерти.
– Лежа там, при смерти, она все равно была опасна.
Уил ничего не сказал.
– Ладно, – произнес Том. – Ты слышал о пожаре в ночном клубе в Риме два месяца назад? Что там куча людей погибла? Так вот, то была Райн. И она сделала это, потому что считала, что один из тех людей – ты.
– Рейн хотела убить меня?
– Да.
– Почему?
– Потому что полтора года назад кое-что должно было убить тебя, но не убило.
– В Брокен-Хилл?
– Да.
– Я не помню такого.
– Да.
– А что это было?
– Что?
– То, что должно было убить меня.
– Нечто плохое, – сказал Том. – То, что нельзя было выпускать наружу.
– То есть химикаты? Полтора года назад в Брокен-Хилл люди погибли из-за разлива химикатов.
– Точно, – сказал Том. – Химикаты.
– А сейчас тебе до этого какое дело?
– Они опять разлились.
– И я могу их остановить?
– Да.
– Бессмыслица какая-то.
– Потому что это не совсем химикаты, – сказал Том. – Но ты все равно ничего не поймешь, так что не спрашивай.
– Это слово?
Том посмотрел на него.
– Там, на снегу, тебя заинтересовало кое-что, что я сказал о слове. Об одном конкретном слове. А еще ты сказал, что Вульф и Рейн – поэты, потому что умеют обращаться со словами.
Том молчал. Затем произнес:
– Ладно, это слово.
– Которое должно было убить меня?
– Да.
– Не понимаю, как слово может убить.
– Это потому, что ты плохо понимаешь, что такое слова.
– Слова – это звуки.
– Нет, не звуки. Мы с тобой не просто сотрясаем воздух. Мы передаем друг другу смысл. И благодаря моим словам в твоем мозгу именно в этот момент происходят нейрохимические изменения.
Уил помолчал.
– Я же говорил, – сказал Том, – нет знаний.
Уила охватило чувство потерянности.
– Теперь в Брокен-Хилл никто не живет. После разлива там никого не осталось.
– Да.
– Почему Сесилия хотела убить меня?
– Это сложно.
– Она была поэтом?
– Нет.
– Тогда… почему?
– Райн.
– Из-за Рейн?
– Не Рейн, а Райн. Кэтлин Райн, через «а». Писала стихи о природе. Жила в Англии, с тысяча девятьсот восьмого по две тысячи третий.
– И… она… вернулась?
Том покосился на него.
– Ты серьезно?
– Что?
– Они пользуются именами. Именами знаменитых поэтов.
– О, – произнес Уил.
– Они не зомби.
– Ладно. Я думал…
Они ехали в молчании.
– Вульф…
– Вирджиния Вульф, – сказал Том.
– Вирджиния Вульф хочет убить меня?
– Не она одна. Но опасаться нужно именно ее.
– Почему твой приятель застрелился? Из-за слов?
– Хватит болтать, – сказал Том категорическим тоном.
Уил захлопнул рот. Из темноты перед ними стелилась дорога, и они катили по ней.
Рим: Предполагается, что причиной смерти 24 человек в популярном итальянском ночном клубе стала переполненность помещений.
Утверждают, что причиной пожара в клубе «Парадизо», начавшегося примерно в 22.00, когда залы были переполнены, послужило возгорание в результате повреждения электропроводки.
По сообщениям итальянских СМИ, в одном из танцзалов у выхода началась давка, поэтому многие посетители не смогли выбраться наружу и задохнулись. По некоторым данным, погибло более двух десятков человек.
Восемнадцатилетняя Марьястелла Галльони, которой посчастливилось спастись из соседнего с горящим зала «Музика», так описывает увиденное у дверей: «Там были два мужика [которые пытались выбраться], но они застряли в дверях. Они заблокировали выход. Никто не смог пройти».
Недавно в «Парадизо» закончился ремонт, и официальными органами было признано, что заведение соответствует нормам пожарной безопасности. Однако все хорошо знают, что коррупция насквозь пропитала государственные надзорные органы Италии.
В полиции заявили, что будет проведено полномасштабное расследование.
Глава 04
Эмили ждала, что кто-нибудь оттащит ее в сторону, грозно осведомится, что она тут делает, и заявит, что ей не место среди пассажиров первого класса. Но когда она подошла к стойке и протянула свой посадочный талон, представитель авиакомпании улыбнулся.
– Приятного полета, мисс Рафф.
– Спасибо.
Смутившись, она поправила лямки рюкзака. Другие пассажиры первого класса были в элегантных костюмах и дорогих блузках, Эмили же была одета в те самые джинсы, на которые пописал тип в парке. Она и не предполагала, что все здесь будут такими чистыми и лоснящимися.