– Ты привлекаешь всеобщее внимание, Джейн, – улыбнулся Гордон. – Как твоя мать.

Этим вечером у Джейн не было ни малейшего желания выслушивать сравнения с матерью, даже от лучшего друга. Она отвернулась, небрежно скользнув взглядом по сторонам. И тут она увидела его – и застыла.

Ничего худшего просто не могло произойти.

Он сидел через несколько столиков от них, почти в центре зала. Ее муж. С Амелией.

Ошеломленная, Джейн уставилась на них. Граф, в черном фраке, выглядел прекрасно; Амелия ошеломляла своей изумрудно-зеленой тафтой и бриллиантами. Они были изумительной парой. Джейн почувствовала, как болезненно сжалось ее сердце; и ей стало еще хуже, когда она увидела, что граф смотрит на нее. Джейн знала, что ее щеки загорелись, и, черт бы побрал этого Ника, ей отчаянно захотелось разреветься.

– Поверить не могу! – воскликнул разъяренный Гордон. Джейн отвернулась, стараясь выглядеть спокойной, и положила ладонь на его руку. Но улыбка ее была жалкой.

– Прошу, Роберт, не вмешивайся. Меня не интересует, с кем он встречается, лишь бы он держался подальше от меня. – Голос Джейн подозрительно задрожал.

– Да он просто сукин сын! – взбешенный, прошептал Гордон.

– Совершенно верно. – Джейн не могла посмотреть на графа, на них. Она знала, что ее лицо стало красным, как свекла, и теперь ей стало понятно, почему ее появление возбудило такой жадный интерес. И не могла понять, кого она ненавидит сильнее – графа или Амелию.

– Уйдем отсюда, – предложил Гордон, отодвигая стул. Джейн остановила его.

– Нет, останемся. – Она сумела улыбнуться. – Я, пожалуй, не откажусь от кусочка палтуса. – Она чуть наклонилась к Гордону, ее глаза вспыхнули. – Ему не выставить меня отсюда!

Гордон подозвал метрдотеля и тут же скривился.

– Они уходят, – сообщил он Джейн, упорно смотревшей в другую сторону. – Приготовься. Они пройдут мимо нас.

Джейн ненавидела графа. И, несмотря на то, что ее сердце отчаянно колотилось, воля Джейн была непоколебима. Она небрежно и грациозно повернулась, окинула взглядом приближающуюся пару. Джейн была элегантна и равнодушна.

Граф остановился рядом с ее столиком; Амелия маячила за его спиной. Лицо Ника было совершенно бесстрастным.

– Привет, Джейн, – сказал он, пристально глядя на нее. И в его глазах светилась такая сила, что Джейн не смогла отвести взгляд. Он взял руку жены и неторопливо поцеловал ее, жадно прижавшись губами к нежной коже. – Как прошел спектакль?

Так значит, он решил поиграть в вежливость, несмотря на то, что выставил ее дурой перед всеми!

– Не делай вид, что тебя это интересует! – прошипела она, сверкая взглядом. Он не выпускал ее руку, и когда Джейн попыталась выдернуть пальцы, ей это не удалось. Она знала, что на них смотрит весь ресторан, и потому оставила попытку освободить руку.

Граф наконец отпустил ее и напряженно подтолкнул Амелию вперед, кивнув Гордону.

– Мы как раз собирались уходить, – сказал он с ледяным выражением лица.

Амелия весело скалила зубы.

– Привет, Джейн! Вот сюрприз так сюрприз! Надо же было тебе с твоим другом явиться именно сюда! Как тесен мир! Ник потребовал, чтобы мы ушли, но мы еще и не ужинали! Может быть, поужинаем все вместе?

Джейн прекрасно знала, что ей не пережить ужина вместе с графом и его наглой шлюхой. На ее щеки снова набежал румянец. Но тут граф схватил Амелию за локоть и грубо потащил прочь, а она от ярости каркнула, как ворона. Граф все еще не отводил взгляда от Джейн., и огонь, горевший в его глазах, отчаянно смущал Джейн.

– Всего доброго, – сказал граф. – Скоро увидимся, дома.

– Вот как? – язвительно откликнулась Джейн. – Что-то я сомневаюсь. – И она фыркнула.

Он бросил на нее еще один взгляд, а потом повернулся и ушел, волоча за собой ухмыляющуюся Амелию.

– Ну, это уж слишком! – со слезами в голосе воскликнула Джейн.

– Джейн, уйдем отсюда. Зачем заниматься самоистязанием?

– Нет, – мрачно сказала Джейн. – Нет и нет. Если я и не желаю куда-нибудь идти сегодня вечером, так это домой!

Ты что, не собираешься зайти? – сердито спросила Амелия.

– Не сегодня, – спокойно ответил граф. Они стояли на ступенях перед входом в особняк Амелии. Карета графа ждала под газовым фонарем, у кованых ворот.

– Ну милый, на самом деле! – надулась Амелия, обнимая его за шею и прижимаясь к нему всем своим пышным телом. – Не будь таким нехорошим!

Он спокойно взял Амелию за руки и отодвинул от себя.

– Доброй ночи, Амелия.

Он хотел повернуться и уйти, но Амелия схватила его за руку.

– Ты что, намерен хранить ей верность? – закричала она, побледнев от ярости. Ясно было, что она имеет в виду Джейн.

Лицо графа на мгновение исказила жесткая гримаса, и он крепко ухватил Амелию за подбородок.

– Моя жена тут ни при чем.

– Вот как? Что-то я в этом сомневаюсь! Кажется мне, ты с ней чересчур нежен!

Граф рассмеялся, сверкнув белыми зубами.

– Не рассчитывай затащить меня в постель, Амелия!

– Позволь мне затащить тебя туда, – хрипло прошептала она и, протянув руку, прижала ее к брюкам графа, к его вялому пенису, и принялась мягко поглаживать его.