– Нет. Не думаю, что он один из них. Его следы уходят отсюда. Он все время следил за нами.

– Зачем? – спросил человек с ворпом.

– Это нам и нужно узнать. Возьмем его с собой.

– Но… – Возражение было прервано прямым вопросом, обращенным предводителем к Джоктару.

– Ты бросил снежок, чтобы предупредить нас?

– Да, – ответил Джоктар. Колени его подогнулись, и предводитель схватил его за шубу, не давая снова упасть в яму. Боль оказалась слишком сильной, и Джоктар потерял сознание.

Он лежал на спине, но тело его двигалось, и рывки вызывали боль. Он открыл глаза и обнаружил, что лежит на санях, привязанный к грузу.

– Проснулся, копатель? – Тень говорящего упала на лицо Джоктара, и он, повернув голову, увидел грабителя, все еще в шубе работника компании.

– Я не из шахт, – с трудом ответил землянин. Почему–то ему казалось важным дать это понять.

– Тогда на тебе не та одежда, копатель.

– На тебе тоже, – сказал Джоктар. Голос его на этот раз звучал громче и уверенней.

– Гммм… – Человек споткнулся, потом снова пошел так, чтобы не отставать от саней. – Ты из банды Скина? Или Кортоски? Если так, ты на чужой территории.

– Я из грузового отсека прыжковых салазок, – ответил Джоктар. – Джампер развозил грузы по норам. Я эмигрант.

– А что случилось с салазками? – Человек требовал доказательств такого нелепого утверждения.

– Попал под лавину. Водитель и охранник были мертвы, когда я выбрался. Шуба принадлежала охраннику.

– Отличная история. А с каких пор на эмиграционных кораблях привозят подростков? – Он убрал капюшон с лица Джоктара и холодным недоверчивым взглядом принялся его разглядывать.

– Я старше, чем кажусь. И когда это служба эмиграции задумывалась о тех, что попадает в ее сети? Меня купила в Сиваки компания Джард–Неллис.

– Если говоришь правду, парень, ты самостоятельно выбрался из трудного положения. С какой планеты ты эмигрировал?

Джоктар устало закрыл глаза. Разговор потребовал больше сил, чем у него нашлось.

– С Земли, – еле слышно ответил он. И глаза его сомкнулись, так что он не мог видеть изумления на лице своего собеседника.

Очнувшись, он почувствовал тепло. Он не на санях. В помещении искусственное освещение – горит атомная лампа. Джоктар лежал у стены из каменных плит, с небрежно заткнутыми мхом щелями. Крыша над головой из плотно уложенных веток. Джоктар пошевелился на матраце, наслаждаясь теплом, и обнаружил, что не может двигать левой рукой, хотя боль в плече почти прошла.

Появилась рука, набросила шубу на его перевязанную грудь. Джоктар посмотрел вверх. На это раз маска не закрывала худое лицо, и землянин увидел загорелую коричневую кожу – признак космического загара, какой можно получить только в глубоком космосе. Но что делает здесь космонавт?

– Говорят, ты утверждаешь, что прилетел с Земли, – неожиданно сказал незнакомец. – Из какого порта? Из Мелвамбе? Чин–Хо? Варрамуры? Н’Йорка?

– Из Н’Йорка.

– Джеттаун? – Джоктар понял, что, судя по интонации, человек знает эти улицы.

Он в свою очередь решил проверить космонавта.

– Я был крупье у Керна. – Встречал ли он этого человека в «Солнечном пятне»? Ему так не казалось.

– «Солнечное пятно».

Он прав. Этот человек знает Джеттаун.

– Звезды и кометы, три диких планеты или еще что?

– Звезды и кометы.

– Ты слишком молод, чтобы раскладывать их на столе.

Испытывая нелепое раздражение, Джоктар ответил с гневом, о котором сразу же пожалел:

– Я пять лет работал за столом. А если ты знал Керна, то согласишься, что неумеху он столько не стал бы терпеть!

К его удивлению, он услышал смех.

– Всегда можно раззадорить человека, стоит только задеть его профессиональную гордость, – заметил его собеседник. – Да, репутация Керна мне известна, так что готов признать, что ты справлялся с работой. А что касается твоего возраста, – он потер пальцами под нижней губой и задумчиво посмотрел на Джоктара. – В каждом деле бывают не по годам развитые дети. Как тебя зовут, крупье?

– Джоктар.

Пальцы застыли, взгляд стал пристальным.

– Только Джоктар? – В том, как было произнесено это имя, прозвучали незнакомые интонации. – И где ты получил такое имя?

– Не знаю. А ты свое?

Но тот уже снова улыбался.

– Не от ффаллиан, это уж точно. Гвилф санзу корг а лливун…

Этот набор звуков не имел никакого смысла, но что–то в их последовательности задело сознание землянина. Может, их смысл скрывается за той стеной, за которой, по словам психомедика Керна, скрывается его прошлое? Джоктар приподнялся на локте и спросил:

– Что это за язык? Что ты сказал?

Оживленное выражение исчезло с лица космонавта. Оно снова стало холодным.