Шрифт:
Только не злись на меня. Папа конфисковал мой телефон и ноутбук, я только сейчас их вернул. Ты зашла в самый разгар моего скандала с родителями, поэтому я к тебе и не захотел выйти.
П.С: Я сбежал!
Я перечитываю сообщение, стараясь найти в нем доказательства того, что через Эллиота моя история просочилась в Интернет. Не увидев ничего подобного, я решаю задать вопрос «в лоб»:
Это ты рассказал тому сайту про мой блог и про наши с Ноем отношения?
Какому сайту? Нет. Но мне ужасно стыдно за комментарий, который я оставил у тебя в блоге.
У меня были проблемы с домашними, я совсем не соображал.
П.С: Я СБЕЖАЛ! СБЕЖАЛ ИЗ ДОМА!!
Значит, это не Эллиот. Он ничего не рассказывал журналистам с сайта. Я радуюсь, что Эллиот меня не предавал, но мне стыдно, что я подумала на него.
Как это сбежал? Ты сейчас где?
На пристани.
Ты сбежал на пристань?!!
Нет!!! Я сбежал из дома, а сейчас стою на пирсе. Мне надо с тобой увидеться xxx
Я иду по дороге от школы и печатаю на ходу:
Я тоже хочу с тобой увидеться! Xxx
Приходи ко мне на пирс? Пожалуйста!
Я даже готов сыграть в дурацкого однорукого бандита…
Уже иду.
Глава сорок вторая
Застав своего лучшего друга увлеченно играющим в автоматы, я понимаю, что случилось неладное. На Эллиоте дутая куртка бордового цвета, огромные зеленые резиновые сапоги и меховая шапка-ушанка – в очередной раз ему удалось создать интересный ансамбль.
– Что случилось? – спрашиваем я и Эллиот одновременно.
– Счастье мое! – выкрикиваем мы почти хором и через секунду отчаянно смеемся. Потом Эллиот обнимает меня, и его хохот сменяется слезами.
– Дышать нечем, – бормочу я, пытаясь высунуть нос из необъятной куртки Эллиота.
– Извини, извини. – Эллиот отступает назад. – О, Пенни, прости меня.
– За что? – мои недавние подозрения возвращаются.
– За тот глупый комментарий под твоим постом о планах на новый год. Я вел себя как дурак. Но дома на меня столько навалилось… Я должен тебе все объяснить.
– Ты действительно убежал?
Эллиот уверенно кивает.
– Боюсь, что так. На эту ночь я – человек улицы, еще одна пропащая душа без места жительства.
– Сейчас ведь середина зимы. Ты замерзнешь.
– Поэтому я так и оделся. – Эллиот показывает на свой необычный наряд. – Думаешь, я в шутку вырядился бедным русским рыбаком? Нет, чтобы переохлаждения не было.
– Но почему ты ушел из дома?
– Папа сказал, что отречется от меня, если узнает, что я встречаюсь с парнем.
Эллиот отворачивается и смотрит на автоматы. Мигающие огни играют светом на его лице.
– Да ты что! – ужасаюсь я.
Эллиот поворачивается в мою сторону. В его глазах блестят слезы.
– Он сказал, что ни за что не станет жить под одной крышей с… – Эллиот жестом изображает кавычки, – «практикующим гомосексуалистом». А вчера утром обстановка так накалилась, что отец забрал у меня мобильный и ноутбук.
– Но почему?
– Он вбил себе в голову, что я встретил кого-то в Америке, и хочет, чтобы мы с ним перестали общаться.
– С чего он вообще это взял?
– Помнишь, я собирался испортить родителям Рождество?
Я киваю.
– Хэнк из клуба «Ангелов ада»?
– Ага, эта шутка мне вон как аукнулась.
– Ужас.
– Я сказал папе, что отбирать у подростка выход в Интернет – все равно, что лишать его воздуха.
– А он что ответил?
– Он же юрист. Стал один за другим цитировать разные законы, пока у меня желание жить не пропало. И в этот момент зашла ты. – Эллиот хмурится. – Почему ты не постучала в стену? И чего такое раздраженное эсэмэс прислала? Из-за того комментария в блоге? Из-за него ведь? Извини меня. Я так обзавидовался, просто жуть.
Я недоуменно смотрю на Эллиота.
– Обзавидовался? Кому?
– Ною. И тебе.
Эллиот смущенно отводит взгляд.
– Но почему ты мне завидовал?
– У тебя все так просто получилось – ты встретила парня, который тебе нравится, а твои родители только этому и рады. Сразу такие: «Ой, а давай с ним вместе отпразднуем Рождество!» Ты нашла своего человека и будешь с ним жить долго и счастливо, как Золушка. А если я встречу прекрасного принца, от меня отрекутся родители.
– О, Эллиот, – я заключаю его в объятья, и на глаза наворачиваются слезы.