17. (1) Сципион отправил в Рим брата Луция со многими знатными пленниками и вестью о том, что Испания вновь покорена. (2) Радостная толпа превозносила этот подвиг, и только один человек – тот, кто его совершил, – не удовлетворенный своей славой и своей деятельностью, считал покорение Испании делом ничтожным по сравнению с тем, на что надеялась его великая душа.

(3) Он уже созерцал славу, во всей полноте осенявшую его, покорителя Африки и великого Карфагена.

(4) Сципион решил, что ему надо все подготовить и обеспечить себе расположение царей и племен. Для начала задумал он испытать царя Сифака. (5) Это был царь масесулиев [887] . Они обитают по соседству с маврами, прямо напротив той части Испании, где находится Новый Карфаген.

(6) В то время Сифак был с карфагенянами в союзе. (7) Полагая, что у этого царя святость договоров не в большем почете, чем вообще у варваров, чья верность зависит от удачливости союзника, Сципион послал к Сифаку для переговоров Гая Лелия с подарками.

(8) Варвар им обрадовался, и, так как римлянам тогда всюду везло, а у карфагенян в Италии дела были плохи, в Испании же никаких дел не было, он согласился войти в дружбу с римлянами, но заявил, что скрепит ее клятвой только при личном свидании с их вождем. (9) Лелий, получив от царя только заверения, что Сципиону будет обеспечена безопасность, вернулся в Тарракон.

(10) Сципиону, думавшему о покорении Африки, Сифак был очень нужен: он владел богатейшим краем, знал карфагенян по своему боевому опыту, а царство его отделено было от Испании только узким проливом. (11) Сципион решил, что стоит отважиться на эту опасную поездку, иначе он ничего не добьется; чтобы охранять Испанию, он в Тарраконе оставил Луция Марция, а в Новом Карфагене Марка Силана, быстро пришедшего туда с войском из Тарракона.

(12) Вместе с Гаем Лелием он отбыл из Нового Карфагена с двумя квинквиремами; море было спокойно, шли большей частью на веслах, иногда с легким попутным ветром, и прибыли в Африку. (13) По случайности в этот же самый день Гасдрубал, выгнанный из Испании, вошел с семью триремами в ту же гавань и бросил здесь якорь.

(14) Он заметил две несомненно вражеские квинквиремы; пока они были еще в открытом море, пунийцы, воспользовавшись численным превосходством, могли бы их захватить, но только зря подняли переполох: солдаты и моряки хватали оружие, готовили корабли к бою, но все это оказалось ни к чему: (15) усилившийся ветер привел квинквиремы в гавань раньше, чем карфагеняне успели поднять якоря.

(16) Тем все и закончилось – затевать бой в царской гавани никто не посмел. Первым высадился Гасдрубал, потом Сципион и Лелий – они шли к царю.

18. (1) Сифаку это зрелище показалось великолепным (да оно и было таким): вожди двух могущественнейших в то время народов пришли к нему в один и тот же день искать его дружбы. (2) Он пригласил обоих и, так как судьбе было угодно свести их под одним кровом, у одного очага, попытался втянуть их в разговор, которым разрешилась бы их вражда.

(3) Сципион заявил, что у него нет никакой личной ненависти к Пунийцу, чтобы о ней говорить, а вести с неприятелем переговоры о делах государственных он без повеления сената не может. (4) Тогда царь стал уговаривать Сципиона хотя бы отобедать у него вместе с другим гостем, чтобы не показалось, что кто-то не допущен к столу.

Сципион согласился; (5) они вместе обедали у царя – Сципион и Гасдрубал – и даже возлежали на одном ложе, как того хотелось царю. (6) Так обходителен был Сципион, так непринужденно вел беседу, что расположил к себе не только Сифака, варвара, не знакомого с римской воспитанностью, но и злейшего своего врага; (7) Гасдрубал говорил, что при личной встрече Сципион еще сильней изумил его, чем на поле боя.

(8) Пуниец не сомневался, что Сифак и его царство уже склонены под власть римлян – Сципион так умел располагать к себе людей! (9) И карфагенянам надо размышлять не о том, почему они потеряли Испанию, а о том, как им удержать Африку.

(10) Ведь не путешествия ради, не для прогулки по прелестному побережью бросает прославленный полководец римлян только что покоренную им провинцию, бросает войска, переправляется с двумя кораблями в Африку, землю вражескую, вверяет свою жизнь царю, чья верность еще не испытана, – нет, он делает это, потому что лелеет надежду покорить Африку. (11) Сципион ведь и раньше об этом подумывал и открыто роптал, что он не воюет в Африке, как Ганнибал в Италии.

(12) Сципион заключил договор с Сифаком и отплыл из Африки; его швыряло из стороны в сторону в открытом море бурными ветрами, но на четвертый день он прибыл в гавань Нового Карфагена.

19. (1) Испанию больше не беспокоила Пуническая война, однако было ясно, что жители некоторых городов, сознавая свою вину, сохраняли спокойствие скорее из страха, чем из верности. И самыми крупными из них и самыми виноватыми были города Илитургис и Кастулон.

(2) Кастулон был в союзе с римлянами в пору их благополучия; когда же войско обоих Сципионов было уничтожено и полководцы убиты, оба города перекинулись к карфагенянам; жители Илитургиса добавили к измене и преступление: они перебили римлян, которые после поражения укрылись у них.