(8) Семпроний вывел свои легионы на передовую линию; легионы Публия Лициния стояли в запасе. Консул в начале битвы дал обет построить храм Фортуне Примигении [985] , если он в этот день разобьет врага; молитва его исполнилась.

(9) Карфагеняне были разбиты наголову: убито было больше четырех тысяч, взято в плен немного меньше трехсот, захвачено сорок лошадей и одиннадцать знамен. Потрясенный этим поражением, Ганнибал отвел войско в Кротон.

(10) В это же время консул Марк Корнелий на другом конце Италии удержал в повиновении Этрурию, которая в надежде на перемены перекинулась было к Магону. Корнелий внушал страх не столько оружием, сколько судебными преследованиями.

(11) Он вел расследование вполне беспристрастно; сначала многие знатные этруски, договаривавшиеся с Магоном лично или через послов об отпадении своих народов, предстали перед судом и были осуждены. (12) Потом те, кто сознавал свою вину, добровольно ушли в изгнание и были осуждены заочно: себя они спасли, оставив казне имущество – свидетельство их вины.

37. (1) Пока консулы в разных концах страны были заняты такими делами, в Риме цензоры Марк Ливий и Гай Клавдий огласили списки сената. Принцепсом сената вторично был избран Квинт Фабий Максим. Семь сенаторов, не занимавших еще курульных кресел, получили цензорские замечания.

(2) Цензоры неукоснительно и добросовестно следили за состоянием зданий; сдали с подряда устройство улицы, которая должна была идти от Бычьего рынка мимо зрительских мест к храму Венеры [986] , а также постройку храма Великой Матери [987] на Палатине; (3) ими был установлен также новый налог на добычу соли; соль в Риме и по всей Италии шла по шестой доле асса [988] ; цензоры отдали на откуп продажу соли – в Риме по той же цене, а на рынках и в городках по более высокой, смотря по месту.

(4) Люди были уверены, что эту доходную статью выдумал цензор в отместку народу, несправедливо когда-то его осудившему, и что самая высокая цена была установлена для триб, когда-то постаравшихся его осудить. Поэтому Ливий и получил прозвище Салинатор [989] . (5) Очистительная жертва за народ была принесена позже, чем обычно, потому что цензоры послали по провинциям узнать, сколько в каком войске римских солдат.

(6) Вместе с ними насчитано было двести четырнадцать тысяч человек [990] . Жертву принес Гай Клавдий Нерон. (7) Затем в двенадцати колониях их цензоры произвели перепись жителей и оценку их имущества (чего никогда раньше не было): сколько солдат может колония выставить, сколько у нее денег.

Все было занесено в государственные книги. (8) Затем начали перепись всадников и оценку их имущества. Оказалось, что у обоих цензоров лошади от государства. Когда дошли до трибы Поллии, к которой был приписан цензор Марк Ливий, глашатай смешался и замолчал. (9) «Называй Марка Ливия!» – крикнул Нерон, то ли не забывший старой вражды, то ли в припадке неуместной строгости. Марку Ливию, как осужденному народом, велено было продать лошадь [991] .

(10) Точно так же Марк Ливий, когда дошли до Арниенской трибы и до имени его коллеги, велел тому продать лошадь и привел два основания своему приказу: во-первых, тот лжесвидетельствовал против него, а во-вторых, примирился с ним притворно.

(11) Столь же безобразная перебранка, одинаково ронявшая достоинство обоих, пришлась на конец их цензуры. (12) Гай Клавдий, поклявшись, что он действует согласно законам, отправился в государственное казначейство [992] ; в список оставленных им в эрариях он вставил имя своего коллеги.

(13) Затем в казначейство пришел и Марк Ливий и, за исключением Мециевой трибы, которая его не осудила, а по осуждении не выбирала его ни в консулы, ни в цензоры, оставил в эрариях весь римский народ – тридцать четыре трибы, (14) ибо они, по его словам, невинного осудили, а осужденного избрали в консулы и в цензоры и не могут отрицать, что провинились либо один раз при вынесении приговора, либо дважды при выборах.

(15) Среди граждан из этих тридцати четырех триб в эрариях окажется и Гай Клавдий, и найдись только в прошлом пример человека, оставленного в эрариях дважды, он, Марк Ливий, и еще раз отметил бы этим клеймом Гая Клавдия, особо включив его имя в список.

(16) Постыдно такое состязание цензоров в стараниях позорить друг друга, но порицание народа за непостоянство приличествует цензору и достойно суровости тех времен.

(17) Цензоров невзлюбили; Гней Бебий, народный трибун, решив воспользоваться этим, чтобы усилить свое влияние, вызвал обоих на суд народа. Сенат, однако, не согласился на это, чтобы на будущее не ставить цензоров в зависимость от прихотливой благосклонности народа.

38. (1) Тем же летом в Бруттии консул штурмом взял Клампетию [993] . Консентия, Пандосия и другие незначительные города сдались добровольно. (2) Так как уже приближалось время выборов, решили вызвать Корнелия из Этрурии, где все было тихо. (3) Он провозгласил консулами Гнея Сервилия Цепиона и Гая Сервилия Гемина.

(4) Затем выбрали преторов: Публия Корнелия Лентула, Публия Квинтилия Вара, Авла Элия Пета и Публия Виллия Таппула; двое последних были выбраны в преторы, состоя плебейскими эдилами. (5) По окончании выборов консул вернулся к своему войску в Этрурию.