– М-м-м... В общем-то и рассказывать больше нечего: во время боя слово за слово она узнала, что мы ей не соперницы и битва переросла в состязание, а дальше ты все видел, - призналась Ирила, и счастливо жмурясь на солнышке, растянулась на полу, подложив мой хвост себе под голову.

Вроде бы все складно в ее рассказе, вот только какой-то тревожный звоночек цепляет на краю сознания, но в чем именно проблема, понять никак не удается.

Наблюдая, как она нежится на солнышке, мне и самому захотелось поваляться рядом с ней и забыть о всех тревогах, но куча дел, висевшая надо мной, не позволила предаться ничегонеделанию.

– Хватит баклуши бить, тебя там орк дожидается, - прервал я ее солнечные ванны минут через пятнадцать.

– Ну и вредный же ты, Шедоу, - недовольно пробурчала сильфида и, поднявшись, поплелась вниз.

Я спустился следом за ней и собрался сходить проверить: как там дела у лесорубов. Не поотрубали ли они себе конечности?

Но тут услышал приятную мелодию флейты из-за стены и пополз посмотреть, кто там играет.

Перелез через стену с помощью навыка Покорение вершин и застыл в изумлении.

На небольшой полянке в окружении высоких деревьев находилась Риолэ. Она, закрыв глаза и отрешившись от окружающего мира, играла нежную мелодию. Если недавно она была одета в черный костюм с серебряным шитьем, то теперь успела переодеться в светлые развивающиеся одежды, и все это подчеркивал красный пояс.

Красные листья с деревьев кружились вокруг нее в такт мелодии, и это зрелище, в дополнение к музыке, было настолько завораживающим, что я почувствовал, как мое тело начинает непроизвольно следовать за этой мелодией.

Развеян Дебаф : Обморожение.

Ритм +1>5(6)

" Еще немного и я опять потеряю контроль над собой. Сколько же мороки с этим телом! Но неужели Риолэ с помощью музыки может снимать дебафы?" - пронеслась у меня в голове мимолетная мысль.

– Риолэ! Как ты смогла меня найти? И не надо врать про ритуал, - прервал я завораживающую меня мелодию и удивился, когда в глубине души почувствовал сожаление от этого факта.

– А?
– Риолэ открыла глаза и непонимающе посмотрела на меня.

Похоже, что она отрешается от всего окружающего мира, во время игры на своей флейте.

Вот сейчас, смотря на ее недоумевающую мордочку, и не скажешь, что передо мной опасный хищник, она больше похожа на застигнутую врасплох лань, чем на дракона.

Но спустя несколько секунд взгляд Риолэ стал более осмысленным.

– Не поверишь, если расскажу, но ты прав: ритуал тут ни причем, - и весело подмигнув мне, она спрятала флейту куда-то в рукав.

– Ты попробуй, а там видно будет - поверю или нет. Ксстати, не знал, что ты умеешь играть на флейте, - мне все никак не удавалось забыть чарующие звуки той мелодии.

– Ха-ха-ха... А ты обо мне много чего не знаешь, и это не флейта. Не беспокойся, времени у нас целая вечность. Будет возможность узнать друг друга, - сказав это с хитрой улыбкой, она сделала небольшой шажок ко мне и продолжила, - но раз тебе интересно, как мне удалось тебя отыскать, то не буду томить любопытством и...

Но я прервал ее, и направив немного энергии в ближайшее дерево, вырастил небольшое кресло из веток в тени дерева, и сделав приглашающий жест, указал на него, а сам развалился на травке, подставляя спину под изумрудные лучи солнца.

– Вот теперь я вессь внимание, - произнес я, когда она осторожно устроилась в сотворенной мною мебели.

Внимание мое и правда было на пределе, уж очень мне не понравилась ее хитрая улыбка и те слова про вечность.

– Хм-м... спасибо, - с удивлением прошептала она, но мне удалось услышать.

За что она благодарит? За кресло, что ли? Наверное, устала и не хотела садиться на траву в таких светлых одеждах, чтоб не испачкать.

Молчание длилось не долго, и первой его нарушила дракона.

– Рассказ выйдет недолгим, но кресло мне пригодится. Очень уж красиво вокруг. Интересно - кто придумал перекрасить деревья и траву в мой любимый алый цвет?
– вопрос она задала, скорее всего, себе, а не мне, так как ее взгляд был устремлен вверх.

Поэтому, оставив ее слова без ответа, я терпеливо стал ждать продолжения. За прошедшее время она стала намного разговорчивее. Неужели, ее одиночество в подземелье продлилось так долго, что она теперь не может выговориться?