— Вижу, что у вас не было выбора, мистер Райт! — вежливо сказал я. — Вам не о чем беспокоиться. Аукцион назначен на завтра, на восемь вечера.

— И хорошо, я рад, что приехал вовремя. — Он убрал седые пряди со лба на затылок жестом отдыхающей примадонны, довольной своим туалетом и шикарным внешним видом. — Тогда мне ничего не остается, как отправиться в постель и хорошенько выспаться. — Он выдавил из себя улыбку. — Я был совершенно уверен, что послал телеграмму!

— Спите спокойно, увидимся утром, — сказал я ему. — Доброй ночи, мистер Райт. — И я послал ему ответную улыбку.

— Доброй ночи, мистер Бойд. Спасибо вам.

Я поехал на лифте на девятнадцатый этаж и, как только вошел в номер, позвонил дежурной и заказал бутылку бурбона, ведерко со льдом и содовую. Когда все это прибыло, я отстегнул кобуру «магнума» и насладился удивительным видом тумана, который стал за окном еще гуще. После ухода официанта я приготовил спиртное, закурил сигарету и стал размышлять, сколько времени потребуется Лоре Донаван, чтобы явиться ко мне. Через пять минут я стал бросать взгляды на часы через каждые десять секунд.

Лора сняла свою кожаную куртку; черный облегающий свитер еще больше подчеркивал выступающие округлости ее полных грудей.

— Надеюсь, я не долго заставила тебя ждать, Дэнни? — непринужденно спросила она, входя в комнату. — Я сменила прикид, на случай, если ты устал от прежнего моего одеяния.

Лора уселась в ближайшее кресло и положила ногу на ногу со своей беспечной небрежностью, показав несколько дюймов обнаженных белых ляжек поверх коротковатых черных чулок, что почти гарантировало сдвиг моих распутных мозгов.

— Кто был этот коротышка, с которым ты беседовал в вестибюле? — спросила она.

Я поведал ей, кто такой Арнольд Райт и почему Слейтер отправил его в Лондон.

Лора презрительно рассмеялась.

— Старикан Слейтер боится собственной тени! — Она пожала плечами, потеряв всякий интерес к моим словам, и посмотрела на спиртное. — Что это такое со странной этикеткой?

— Бурбон, — сообщил я ей.

— Из чего его делают? Растворяют в спирте тела бывших французских королей?

— Это, — сказал я, смешивая ей напиток, — самый лучший лимонный коктейль, который тебе доводилось пробовать.

У Лоры вытянулось лицо.

— Похоже на пойло для скота.

Я дал ей бокал, и она, сделав осторожный глоток, выпила затем все до дна.

— Одобряю, — весело сказала Лора, возвращая мне стакан. — Полагаю, можно повторить.

Приготовив вторую порцию и передав ей, я уселся в кресло и закурил сигарету.

— Хочешь узнать кое-что? — медленно спросил я. — Ты околдовала меня, Лора.

— Прекрасно! — Рот ее презрительно скривился. — Всегда мечтала стать ведьмой и заколдовывать людей!

— Ты именно такая, — проворчал я. — Но я говорю о другом. Да, ты действительно красива, изящна, но и расточительна, у тебя есть квартира, а один бензин для этой Джагернаутовой колесницы стоит целое состояние! Откуда все это?

— Это просто! — ухмыльнулась Лора. — Я — самая дорогая шлюха с мотором! За пятьдесят фунтов стерлингов можешь получить удовольствие на заднем сиденье, пока шофер медленно объедет три раза вокруг Пикадилли! Я сделала себе на этом целое состояние!

— Я серьезно, — проворчал я.

— Серьезно? — Она пила бурбон, словно лимонад. — Если серьезно, мой братец Билл был гением в нашем семействе. Он сумасшедший гений, но нельзя одному обладать всем, как я говорила нашей старушке мамочке! Поэтому я — его помощница, его служанка, девочка на побегушках, а эти услуги он оплачивает вдвое выше, чем я смогла бы заработать честным трудом.

— Тебе это нравится? — спросил я.

— Нравится? — Лора коротко хохотнула. — Хочешь нож в горло, Дэнни-бой? Бывают времена, когда Билл становится самым низким негодяем, которого тебе только доводилось встречать за всю свою праздную жизнь! — Она снова осушила свой стакан и протянула его мне. — И не спрашивай, почему я не покончу со всем этим! Мне просто не дано быть толстозадой машинисткой, годами не спускающей похотливого взгляда со своего начальника, до тех пор, пока он не пойдет в гору и не женится на модели, а его молчаливой воздыхательнице тем временем уже перевалит за тридцать пять!

— Я просто поинтересовался, — сказал я.

— Ты суешь нос в чужие дела, Бойд! — Лора взяла из моей руки наполненный заново стакан и тяжело вздохнула. — Но теперь, судя по тому, как оборачиваются дела, я ничего не имела бы против судьбы машинистки — пусть даже толстозадой!

Она неожиданно встала, подошла к окну и остановилась, выглядывая на улицу — спиной ко мне, с жадностью попивая спиртное, будто завтра вступит в действие «сухой закон».

— Пропади все пропадом! — сказала Лора минуту спустя. Она развернулась ко мне лицом и бросила пустой стакан мне на колени. — Еще!