– Да, это мой дробовик, – согласился Даниэль. – Но я ума не приложу, как он мог здесь оказаться. Все оружие я храню в сейфе у себя в квартире в Эксетере. Я… – тут он присвистнул. – Ну конечно, Аманда. Это она, больше никто. Она влюблена в вас, мистер Уиндоу.

– Ну, и что? – Лайонел заносчиво ухмыльнулся. – Я не просил ее приносить мне ружье. Пэгги, вы должны были слышать выстрел.

– Я ничего не слышала.

Мне было ужасно холодно. Я хотела как можно быстрее вернуться домой и принять горячую ванну.

– Но ведь Флора слышала выстрел и сбросила вас. Шустрый сделал то же самое со мной. И я слышал третью лошадь, которая фыркала рядом со мной. Это был Ураган, и на нем были вы, Синглтон.

С меня было довольно. Я гневно посмотрела на обоих мужчин и побежала к дому. Распахнув дверь, я увидела Сару и Аманду.

– Пэгги! – воскликнула подружка Даниэля. – Вот ты где!

Я не отреагировала и поспешила по ступеням вверх. В своей комнате я сорвала с себя мокрые вещи и встала под горячий душ. История с винтовкой выглядела вполне правдоподобно. Возможно, Даниэль все-таки как-то связан с преступлением. Хотя, то, что они с Лайонелом сообщники, мне уже не казалось. Или они вдвоем разыгрывают передо мной хорошо срежиссированную комедию. Но Даниэль мог легко убить меня, просто толкнув в опасную трясину. И этого не сделал. Потому что Лайонел был поблизости. Но если они вдвоем хотели одного и того же, им не нужно было притворяться друг перед другом.

– Я точно сойду с ума, – проговорила я и закрыла глаза.

После ванны мне стало гораздо лучше. Я решила сегодня же уехать в Лондон – Лэндфорд-Хауз опостылел мне за последние дни окончательно.

* * *

Даниэль дожидался меня внизу в холле. Я вернула ему куртку.

– Благодарю тебя за то, что ты меня спас. Даниэль, я уезжаю. Возвращаюсь в Лондон.

– Я понимаю тебя. Но мы же хотели поймать Лайонела с поличным! – добавил он, понизив голос.

– Даниэль, это ты стрелял, чтобы напугать лошадей? – если честно, я не хотела задавать этот вопрос, но он слетел у меня с губ произвольно.

– Пэгги, ты в это веришь? – он нахмурил брови.

– Я больше не знаю, кому и во что верить. Кажется, Лайонел действительно был озабочен тем, что со мной произошло.

– Пэгги! Пэгги! Прошу тебя, приди в себя! Лайонел разыгрывает спектакль. Какую роль во всем этом играет Аманда, я пока не знаю. Могу тебе лишь сказать, что вчера она мне заявила, что хочет выйти за муж за мистера Уиндоу. И просила меня ее отпустить.

Мужчина отвел меня в библиотеку и указал на плафон:

– Там есть потайное отверстие. Из гостевой комнаты можно видеть часть библиотеки.

Я словно прозрела:

– Все-таки за мной кто-то наблюдал, когда я вынимала записные книжки Марка и изучала их на письменном столе. Оттуда сверху видно стол?

– Да, конечно. Марк и я в детстве неоднократно оттуда подглядывали. Пэгги, я прошу тебя, не совершай ошибки. Не надо подозревать меня в сговоре с Лайонелом.

– Даниэль, но…

– Послушай, я слишком хорошо тебя знаю и вижу насквозь. Историю с ружьем придумал Лайонел. Тем самым он хочет отвести от себя подозрение. Хочет, чтобы ты поверила в то, что это я убил Марка. Но подумай хорошенько. Я помог тебе. Я… люблю тебя.

– Даниэль, я бы не хотела сейчас… Скажи, тебе известно содержание завещания Марка? Ведь ты был его другом и его адвокатом.

– Содержания я не знаю, Пэгги. Можешь мне поверить. Марк лишь один раз упомянул, что переделал завещание в твою пользу. Если бы он не женился на тебе, то все бы унаследовал Рик Лэндфорд.

– Может, Лайонел и Рик знакомы?

– Не думаю. От Марка я знаю, что Рик не испытывает проблем с деньгами. Он не рвется получить наследство. Мне кажется, ты подозреваешь всех нас: меня, Рика и Лайонела. Три сообщника, которые решили убрать тебя и Марка, чтобы завладеть большими деньгами.

Я густо покраснела и опустила взгляд.

– Пэгги, это не так. Рик вообще здесь не причем, а вот Лайонел как раз очень даже замешан. Он мог и Марка застрелить. В сейфе, который никто из нас не может открыть, находится что-то, для Лайонела жизненно необходимое. У него куча долгов. Он должен каждому второму.

Я постепенно снова прониклась доверием к Даниэлю. Его четкие формулировки убедили меня в его правоте.

– Прости меня, – тихо попросила я и протянула ему свою руку. Он схватил ее и прижался к ней губами.

– Пэгги, тебе не за что просить прощения. Ты сейчас сбита с толку. Неудивительно. Сначала судебный процесс по делу об убийстве, затем приговор и ежедневный стресс в этом доме. Мне кажется, Лайонел собирается. Он уезжает.

– Но ведь мы же собирались устроить ему ловушку?