– Шеф, можешь быстрее? – спросил после разговора Денис у водителя. – Доплачу.

– Это мы могем, – тут же отозвался шофер, – не боись, парень, я тебя к сроку довезу. Видал, небось, кино французское – «Такси»? Так у меня не хуже. Я – ас, – гордо добавил он.

– Или даже кто-то лучше, – серьезно сказал Дэн. Мужчина прибавил газу и, чуть не врезавшись в микроавтобус, понесся по дороге вперед, обгоняя дорогущий быстрый джип, – у его водителя только глаза на лоб полезли, когда он увидел, какая рухлядь его обгоняет. В другой раз Смерч обратил бы на это внимание, но теперь только с закрытыми глазами откинулся на твердое сиденье, желая, чтобы поездка закончилась поскорее.

Неудивительно, что в университете молодой человек оказался гораздо раньше едущей на автобусе Марии. Только что прозвенел звонок, возвещающий о начале новой пары, а девушки все не было. На крыльце, около которого Дэн поджидал Машу, стояло лишь несколько первокурсниц все с того же искусствоведения. Девчонки смотрели на Дэна, хихикали, а когда он привычно подмигнул одной из них, самой хорошенькой, миниатюрной блондинке, то все они замерли и зашушукались сильнее прежнего, только теперь блондинка смутилась и почти не поднимала на него больших красивых глаз. Парень же, внешне оставаясь спокойным и улыбчивым, впрочем, как и всегда, нервничал и торопился. Чипа все не было, зато ему перезвонил один из друзей, который тоже решил поискать Черри, и сообщил, что теперь их общий приятель затеял драку с сокамерником.

Тетрадь жгла Дэнву руки, к тому же он стал думать, что партнер могла поехать и домой, – мало ли что взбрело в ее голову во время совместного сна. Поэтому когда на дороге он увидел смутно знакомую фигуру темноволосого парня-рекламщика, то обрадовался, тут же найдя выход.

– Одногруппник Марии! – окликнул его Дэн громко. Дима, а это был именно он, опаздывающий, как и Маша, на английский, но все равно не шибко спешащий на пару, тут же повернулся и удивленно уставился на Смерчинского.

– О, здорово, парень Марии, – Чащин шутливо ткнул в Смерча пальцем, после чего они обменялись рукопожатиями.

– Отдай Маше тетрадь, – произнес Дэн и протянул ее вперед. – Кажется, сегодня она ей пригодится.

– Откуда она у тебя? – взял в руки и полистал ее Дмитрий.

– Нашел.

– Где?

– В номере отеля.

– А что ты там делал? – продолжал допрос Машин сокурсник.

– Ночевал, – спокойно отозвался Дэн, с удивлением замечая, как улыбка Димы становится все менее широкой.

– А Бурундукова что там забыла?

– Вообще-то тоже ночевала, – зевнул Смерч. – Черт, не выспался… Короче, отдай ей тетрадь, если она придет. Ей пригодится.

– Ага, пригодится. А вы что, вместе ночевали?

– Вместе, – подтвердил самым легкомысленным тоном Дэн. – Она ведь моя девушка.

– Я в курсе, – отозвался Чащин, поморщившись. – А не рано ли вы начали… ночевать вместе?

– Какая тебе разница, приятель? – теперь настала очередь Дениса шутливо толкнуть Диму в плечо.

– Я просто привык заботиться о своих друзьях, – изрек тот.

– Я тоже, – отвечал ему с улыбкой Дэн, – скоро стану заботливой мамочкой. Как раз двое детишек дожидаются меня в одном незатейливом детском садике. Ладно, удачи, мне пора.

– Эй, Смерч! Постой. Хочу кое-что тебе сказать, – негромко проговорил Машин сокурсник. Улыбка совсем покинула его лицо. Он чуть ближе подошел к Дэну, и их глаза встретились.

– Что?

– Если что, не думай, что Машку защитить некому, – произнес все тем же тоном молодой человек, прижимая тетрадь к себе. – Не обижай ее.

– Заметано, – серьезно кивнул Дэнв, засунув руки в карманы. – Она тебе нравится?

– Нет, – твердо ответил Димка, а Дэн высоко поднял брови вверх, как будто бы услышал то ли непристойность, то ли необыкновенную шутку.

– Правильно Я тоже не люблю интересоваться чужими девушками, – рассмеялся он.

– Точно-точно. Сначала чужие девушки, потом чужие жены, – расхохотался Димка.

– И из-за этого у кого-то чужие дети, – скорбно покачав головой, сказал Дэн, уже спеша. – До скорого, одногруппник Чипа.

– И тебе не хворать, парень Бурундуковой, – шутливо помахал свободной рукой Димка, вновь улыбаясь, как и прежде. И только тогда, когда молодой человек оказался в здании университета, он остановился и с неожиданной для самого себя злостью ударил по стене этой самой тетрадью, а потом и кулаком, прошипев:

– Твою мать, Смерчинский… твою мать, а…

Он так и стоял около прохладной стены, касаясь ее лбом и старался освободиться от охватившей неприятной злости, пока его вновь не окликнули.

– Эй, Чащин! – услышал он позади себя звонкий голос Марии, добравшейся наконец на автобусе к родной остановке, – водитель решил сделать опаздывающим студентам в салоне подарок – поехал быстро. – Ты чего к стене прилепился, как улитка? Или ты в стенку втюрился и теперь обнимаешь? Думаешь, из нее вылезут руки и тебя в ответ обнимут? – девушка подошла к Димке и со всей силы хлопнула его по спине. – Алло, Чащин! Подъем!