Она открыла сумочку, заглянула в нее и закрыла, словно передумав достать нужную ей вещь.

– Простите меня, – нерешительно произнесла гостья, – у вас нет сигарет?

– Я не курю, – ответил Дронго, – извините.

Она посмотрела на Эдгара, и тот тоже покачал головой.

Очевидно, Лилия искала сигареты, которых в ее сумочке не оказалось.

– Простите, – сказала она, – врачи не разрешают мне курить, считая, что это может сократить мне жизнь, – Лилия неожиданно грустно улыбнулась и добавила: – Вам, наверное, уже сказали, почему я так тороплюсь? Мне осталось жить не более двух или трех месяцев. Так говорят специалисты. Они нашли у меня неоперируемую опухоль мозга. Я только удивляюсь, почему так поздно. Все эти годы я мечтала умереть. У меня не хватало решимости помочь самой себе. Я помнила слова Арманда. Мне кажется, у Бога очень странный юмор. А вот в тот момент, когда я более всего хочу жить, выяснилось, что мои мольбы сбылись. Или это шутки дьявола?

– Если хотите, я позвоню водителю, и он привезет вам сигареты, – предложил Дронго.

– Не нужно. Если вы не курите, то мне не стоит здесь дымить. – Она посмотрела ему в глаза. – Я пришла к вам в поисках высшей справедливости, если хотите. Не знаю, есть ли Бог и увижусь ли я на том свете с Армандом, но на этом я хочу справедливости. Мне важно найти убийцу моего мужа.

– У вас появились новые данные насчет его смерти? – понял Дронго.

– Да, – кивнула она, сжимая в руках свою сумочку. Было заметно, что она волнуется все сильнее. – Дело в том, что Арманда нашли в комнате, выходящей во двор. Все окна были закрыты изнутри, полиция проверила каждое из трех окон. Это тоже было подозрительно, потому что там работали маляры, и они должны были оставить окна открытыми, чтобы проветрить помещение. А сейчас в этом особняке начали реконструкцию и за подоконником неожиданно нашли вот это. – Она открыла сумочку и, достав небольшой предмет, протянула его Дронго. Тот поднял руку, и неизвестный предмет упал ему на ладонь. Это оказалась запонка, достаточно крупная, черная с золотым ободком. Одна запонка, без второй.

– Когда Арманда нашли, он был в рубашке, на которой была только одна запонка, – пояснила Лилия, – только одна, а второй нигде не нашли, хотя они обыскали всю комнату и вообще всю квартиру. Тогда никто не придал этому значения, но я помнила, что вторую запонку так и не нашли. А вот теперь ее обнаружили за подоконником, в стенном проеме. Она лежала там одиннадцать лет, и когда начали менять окна, наткнулись на нее, привезли ее мне.

Дронго рассмотрел запонку и вернул ее гостье.

– Вы можете себе представить, чтобы самоубийца решил выбросить одну запонку и затем повеситься? – с неожиданным вызовом спросила Лилия. – Меня эта находка убеждает, что в этой комнате что-то произошло. Я в этом абсолютно уверена. Возможно, они дрались или Арманд сопротивлялся, и запонка при этом отлетела в окно. А потом окно закрыли, хотя никаких отпечатков полиция не нашла. Никаких, понимаете? Это тоже было очень странно. Если Арманд открывал окно и был единственным человеком в комнате, то почему на ручке не осталось отпечатков его пальцев? Кто их мог вытереть? Получается, что в комнате был кто-то еще. Чужой.

– А если запонка вылетела давно и он не открывал окна? – предположил Дронго.

– Этого не могло быть, – уверенно возразила Лилия, положив драгоценную реликвию в сумочку, – каждое утро Арманд надевал свежую рубашку, и в этот день выбрал именно эти запонки.

– Подождите, я не совсем понимаю. Это была не ваша квартира? В доме, где произошло самоубийство?

– Нет. Это была квартира его родителей. Как хорошо, что они не дожили до этого дня! Арманд сделал шикарный ремонт и собирался сдавать квартиру. Большая просторная квартира, пять комнат. Его отец был известным в городе врачом, к нему приезжали на консультации даже из Москвы и Ленинграда, простите, сейчас Санкт-Петербурга. Они жили в этой квартире вдвоем – Арманд рано потерял мать. А тогда, собираясь сдавать квартиру отца, он, перевезя все его вещи к нам домой, сделал там евроремонт и поменял всю мебель. Это очень известный особняк в Риге, там внизу даже дежурил консьерж.

– Консьерж? – удивился Дронго. – Значит, он мог видеть, кто приходил в этот день к вашему мужу?

– Никто не приходил, – с некоторым ожесточением заявила Лилия. – Этого дежурного допрашивали пять раз. Я предлагала ему любые деньги, чтобы он сказал мне, кто еще побывал в тот день в квартире отца Арманда. Но он меня уверял, что никого не было. Ни одного человека, кроме сотрудницы моего мужа. Консьерж вместе с ней поднялся наверх, и они вместе долго стучались. А потом консьерж принес запасные ключи и открыл дверь. Муж оставлял ему ключи для рабочих. Ремонт был почти закончен. Оставались лишь некоторые проблемы с сантехникой.

– Консьерж этот тот самый дежурный, о котором вы говорили?

– Да. Николай Рябов, дежурный, сидевший внизу. Он открыл дверь, и они нашли моего мужа.

– А сам Рябов не мог оказаться замешанным в этом деле? – поинтересовался Дронго. – Ведь у него были ключи от квартиры. Он мог имитировать самоубийство, затем закрыть дверь, дожидаясь, когда появится сотрудница вашего мужа.

– Я тоже об этом думала, – призналась гостья, – но он не мог этого сделать. Рябов бывший сотрудник железной дороги. Он потерял ногу еще в семьдесят девятом году. Инвалид. Такой человек не смог бы справиться с Армандом. Это невозможно…

– А может, он передал кому-то ключи и «забыл» рассказать об этом следователям?

– Нет, – Лилия тяжело вздохнула, взяла стакан воды и залпом его допила. Поставив стакан на место, продолжила: – Он был все время на своем месте и никуда не отлучался. В доме, кроме квартиры отца Арманда, еще восемь квартир. По утрам жильцам приносили газеты, письма, сообщения. И Рябов никуда не уходил. Его видели почтальон и курьер, который привез письмо одному из соседей. А самое страшное, что рядом с домом, метрах в пятидесяти от него, стояла полицейская машина с двумя офицерами. И они тоже не видели посторонних.

– Это все очень серьезно, – пробормотал Дронго. – Позвольте мне сделать краткий обзор вашего рассказа. Значит, в то утро ваш муж вышел из дома, надев те самые запонки. Он отправился в квартиру своего отца, имея собственные ключи. Рябов видел, как он входил в дом?

– Конечно. Они поздоровались. Муж оставил свою машину рядом с домом. И поэтому его сотрудница была уверена, что он находится в этой проклятой квартире.

– А почему сотрудница появилась у него дома? Они заранее договаривались о встрече?