Они ожидали, что Ариг заговорит первым и тем самым «потеряет лицо». Но аршаум ошеломил их, резко спросив:

— Вы говорите по-видессиански?

Это немного сбило с них спесь.

— Да, — произнес наконец один из них. У него была курчавая бородка и темное, как старая кожа, лицо. Должно быть, их вождь, предположил Марк. Его высокое положение подчеркивали тяжелые серебряные браслеты на запястьях обеих рук.

— Меня зовут Шенута из Нифуда. Кто вы такие, чтобы пользоваться водой Коатифа без нашего позволения? Что скажете в свое оправдание?

Ариг назвал себя, а потом громко сказал:

— Я нахожусь в состоянии войны с Йездом. Достаточное ли это оправдание?

Это было умно. Шенута не смог скрыть удивления, показавшегося на его лице. Он быстро заговорил на своем гортанном языке. Несколько человек из его отряда громко вскрикнули; один погрозил кулаком в сторону северо-запада, где лежал Машиз.

— Разумный ответ, — признал Шенута, и его лицо снова стало невозмутимым.

Ариг начал развивать свое преимущество:

— В Коатифе нам не нужно ничего, кроме нескольких глотков воды. Ты можешь послать своих людей и убедиться в этом, если хочешь. В обмен на воду я дам тебе подарок. — Он протянул вождю Нифуда свой запасной лук.
– Видишь, спинка лука укреплена рогом дикого барана, а тетива сплетена из сухожилий? Стрелы, выпущенные из этого лука, опередят соперниц, слетевших с другой тетивы. Сделай побольше таких луков и обрати их против йездов!

— Ты один из самых странных людей, когда-либо виденных мною, но держишься ты как истинный владыка, — сказал Дригу Шенута. — Нет ли у тебя дочери, которую я мог бы взять в жены, дабы скрепить нашу дружбу?

— Прости — у меня нет дочери. Но даже если бы она у меня и была -моя родина далеко на севере, и путь туда непрост. — В знак сожаления Ариг развел руками.

Шенута поклонился, сидя в седле.

— Тогда уравняем намерения и свершения. Я позволяю тебе и твоим людям пользоваться водой Коатифа. Прежде эту привилегию делили между собой три караванщика: Сарипний-видессианин, который в обмен обучил меня своему языку; Джандал, мать которого родом из Нифуда; и Тамасп, который право останавливаться во всех моих оазисах выиграл у меня в кости.

— Очень похоже на него! — засмеялся Гай Филипп.

В первый раз за все время разговора Шенута повернулся к римлянам.

— Вы знаете Тамаспа? Несколько раз я видел в его караване таких светловолосых людей, как ты. — Он кивнул на Скавра.

— Это люди не моего народа, — ответил трибун. — Я и мой друг служили в его караване охранниками, когда он несколько месяцев назад шел на Машиз. Эта дорога — самый короткий и быстрый путь в Видесс, поэтому мы рассказали о ней нашему другу Аригу. Никто из нас не хочет причинить никакого зла тебе или твоим людям.

— Хорошо сказано, — заметил Шенута. — Если бы мне пришлось выбирать между Видессом и Иездом, думаю, я выбрал бы Видесс. Но мне не нужно ничего выбирать; ни Видесс, ни Иезд никогда не будут повелевать нашей пустыней. Возможно, когда-нибудь они уничтожат друг друга. И тогда Нифуд и другие племена свободных людей войдут в их земли!

— Может быть, — вежливо согласишься Марк, но про себя подумал, что пустынные кочевники, несмотря на свою чванливую манеру держаться, оставались такими же варварами, как хаморы или аршаумы. И все же не следует забывать, что хаморы некогда завоевали чуть ли не треть Видесса…

Вождь Нифуда и Ариг обменялись клятвами; Шенута поклялся солнцем, луной и песком пустыни. Скавр решил было, что на этом церемония закончилась, но, когда Ариг поворачивал лошадь к оазису, Шенута сказал:

— Когда нагонишь Тамаспа, скажи ему, что я все еще думаю, что в кости он жульничает.

— Тамасп сейчас в Машизе, собирает товар для следующего похода, надо полагать, — отозвался Гай Филипп. — Он говорил нам, что на это ему потребуется не меньше месяца.

Шенута пожал плечами.

— Он поил своих животных у оазиса Фадак к югу отсюда. Это было всего лишь позавчера.

Марк не знал такого оазиса.

Житель пустыни между тем продолжал:

— Он сказал, что намерен снова повернуть на север, как только уйдет дальше к востоку. Ваши лошади выглядят свежими и не обременены товарами. Думаю, скоро вы нагоните его. Не забудьте же передать ему мои слова!

Он снова поклонился Аригу, кивнул своим всадникам и поскакал назад.

— Интересно, что заставило Тамаспа рвануть из Машиза так быстро?
– задумчиво заговорил Гай Филипп. — Это совсем не похоже на него.