Люси обняла Ба за плечи и засмеялась:

– Тебя не проведешь.

Глаза Ба сверкнули.

– Деточка, не забывай, что, когда я была в твоем возрасте, я опробовала все эти хитрые приемчики.

– Такой приемчик ты точно не пробовала. – Люси пощипывала кусочек сыра, плавившийся на корочке ее пиццы. – Знаешь, этот план… насчет того, как получить пятьдесят тысяч… Я все уладила. Один из клиентов заказал полную перепланировку сада. Я оценила ее в пятьдесят тысяч.

Глаза Ба широко распахнулись, в них читался ужас.

– Я не могу принять от тебя такую сумму, тем более что ты зарабатываешь с таким трудом. Это неправильно.

Люси была готова к битве.

– Ба, ты подняла меня на ноги. Я обязана тебе всем, и это меньшее, что я могу для тебя сделать.

– Между близкими людьми нет понятия долгов и выплат. – Ее губы сжались в упрямую линию. – Я не приму эти деньги.

– То есть ты готова съехать? Жить у черта на рогах в однокомнатной съемной халупе?

Ба отвела глаза, но Люси успела увидеть в них неподдельный страх.

– Да, если так будет нужно. Это твой дед наломал дров, не ты. Я не позволю тебе расплачиваться за его грехи.

Люси восхищалась бабушкиной гордостью. Хотя и сама была сделана из того же теста. Когда Эдриан предложил ей щедрую компенсацию, она отказалась – из гордости, не желая ничего от него принимать.

Дедуля тогда назвал ее дурехой, но Ба встала на ее сторону и заявила Дедуле, чтоб он занимался своими делами. Так что Люси не могла винить Ба за то, что она отказывается сейчас принять от нее деньги.

– Сад, которым я буду заниматься, – это как бы обмен за новые обязанности, которые я стану выполнять для клиента.

Как и следовало ожидать, Ба оживилась и перестала дуться.

– Что за обязанности? И кто этот клиент?

– Кэшел Берджесс.

Ба нахмурилась:

– Где я слышала это имя?

– Мелькает иногда в газетах. Он финансовый консультант звезд.

Ба пронзила ее стальным взглядом:

– Не похож на твой тип мужчины.

– Не похож. Но он довольно приятный парень и попросил о помощи – я согласилась…

– В обмен на то, что получишь пятьдесят тысяч за переделку сада. – Ба покачала головой. – Что я упускаю? Этот парень, должно быть, сошел с ума, или безнадежен, или и то и другое, раз он предлагает такие деньги за «новые обязанности».

Люси следовало помнить о том, что Ба так просто не отцепится. Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы она узнала о спектакле, который они с Кэшем собираются разыграть. Но еще немного, и Люси не сможет хитрить дальше и выложит все как на духу.

– Он не безнадежен. – Люси вытащила из сумки планшет и набрала имя Кэша в поисковой системе. – Ты только взгляни на него.

Она сунула планшет Ба, и та схватилась за сердце:

– Божечки, я сейчас грохнусь в обморок!

Люси рассмеялась. Не так много мужчин могли уложить Ба в обморок. За несколько десятков лет в почетный список вошли разве что Фрэнк Синатра, Рок Хадсон, король Элвис и – значительно позже – Джордж Клуни. Так что ее фальшивый бойфренд оказался в достойной компании.

– Он похож на того симпатичного молодого человека из фильма «Дневник памяти». – Бабушка смотрела на Люси с возобновившимся интересом. – Не каждый день моя внучка дефилирует перед парнем с внешностью Райана Гослинга.

Люси взглянула на экран, склонив голову, и призналась себе, что Ба права.

Райан был таким лапочкой, они с Ба рыдали навзрыд во время просмотра того фильма. Все пять раз.

Ну вот, отлично. Теперь стоит ей увидеть Кэша, как она будет представлять себе Райана и те соблазнительные сцены… уф, лучше не вспоминать.

– Знаешь, может, это и не такая уж плохая идея. – Ба оторвалась от экрана, и Люси увидела знакомое «ищем внучке жениха» выражение на ее лице. – Если ты сходишь куда-нибудь с таким молодым человеком, это пойдет тебе только на пользу.

– Ба, это деловое соглашение. Ничего больше.

Бабушка привычно проигнорировала ее предупреждающий тон и продолжала:

– Я знаю, что вы многого не договариваете, мисс. Но у вас доброе сердце и хорошенькая головка на плечах, так что я надеюсь на вашу благоразумность.

– То есть ты согласна принять деньги?

– Посмотрим, – проворчала Ба, смягчив собственную резкость теплой улыбкой. Люси решила, что победа у нее в руках. – Давай есть.

Люси охотно подчинилась. Но, впиваясь в расплавившийся сыр, она спрашивала себя, было ли благоразумным позволить Кэшу поцеловать себя.