— Это случайность! — прорычал уже побледневший воин.

Как же! Он ведь обещал мне показать, как дерутся в его легионе, и проиграл хрупкой девушке, которую думал размазать по полу в кратчайшие сроки. Позор? Позо-о-ор! Что скажут боевые товарищи? А некоторые из них явно присутствуют здесь, в зале.

— Это случайность, — повторил он. — Предлагаю еще один бой!

На второй раз, хоть и действовал воин предельно осторожно, но ничего нового я от него не ожидала, поэтому без затей заплела его меч хитрым приемом, показанным мне еще моим учителем на родной планете, и отправила тренировочную железку в свободный полет.

Силовые мечи очень легкие и близки по виду к не очень тонкой шпаге. Ими не надо проламывать броню, словно ломом. И на их вес не влияет качество стали. Поэтому от физической силы в современном рукопашном бою зависит не так уж много. Разве что в учебном бою без оружия, где запрещены смертельные и калечащие удары в полную силу.

Меч противника пропорхал бабочкой через весь круг и почти долетел до скамейки. В момент броска я использовала немалую физическую силу штурмовика, чуть-чуть перенаправив ее в нужном направлении.

Штурмовик вытянул руку открытой ладонью вперед:

— Прости, воин. Был не прав! Меня зовут Сергей. Если понадобится моя помощь я или мои друзья сделаем все возможное.

— Линда, — представилась я.

— А кто этот?.. Прости, но твой друг производит впечатление… м-м… несколько странное.

— Ничего странного. Мы с дикого мира, — Сергей согласно кивнул, показывая, что уже давно понял это. — Я баронесса, а Мартин мой слуга. И я отвечаю за него, что бы с ним ни стало. Он стал таким после регенерационной камеры, а раньше это был добрый, веселый и отзывчивый парень. Мы сейчас — слуги алхимика Василия. Я — экономка, а Мартин помогает ему в опытах. Не смотрите на него, как на робота. Он не слюнявый идиот. Просто его разум спит и никак не может проснуться. Но он обязательно проснется. Обязательно!

В глазах Сергей и двоих его друзей-однополчан мелькнуло уважение.

— Когда так, тогда да. Боевого товарища забывать нельзя. Особенно, если он вдруг стал инвалидом. Хочу представить тебе своих друзей: это Петер, — сероглазый шатен, стоявший слева от Сергея, чуть пониже его ростом, кивнул головой. — А это Майкл, — рыжий веснушчатый парень справа задорно улыбнулся и тоже кивнул. — Мы все из одной роты. Не раз смотрели смерти в лицо. Они меня спасали, не знаю сколько раз. В последний раз вытащили из такого ада… Без руки и ноги, правда, но медики быстро залатали. Вот хожу, тренирую восстановленную клешню. Ребятам и самим досталось. Возвращаемся в часть из отпуска. Решили малехо доплатить, чтобы с комфортом добраться. Да и куда еще деньги девать? Завтра убьют и все накопления коту под хвост.

— Он и сам нас не раз из передряг вытаскивал, скромник наш, — дополнил рассказ Майкл. — А не тяпнуть ли нам по стаканчику за встречу?

Я с подозрением посмотрела на Майкла, но Сергей умоляюще произнес:

— Линда, обещаю, никто с нескромными предложениями к тебе приставать не будет. А кто попробует… — он сжал могучий кулак и продемонстрировал его мне.

— Ну-у-у-у… под такой защитой я согласна.

— Да и что тебе боятся с твоим то мастерством. На паруснике нет никого, насколько я знаю, кто мог бы тебе противостоять в бою. Слишком навязчивых вызовешь на дуэль, отрубишь лишнюю конечность — моментом перестанут домогаться. Да и мы подсобим, если что. Ты не думай, на самом деле такие мастера, как ты, обычно работают в специальных подразделениях. Мы поначалу подумали, что ты оттуда. Ну, а мы служим огневой поддержкой. Тяжелый рейлган — штука увесистая, однако броню прошибает на раз. Если попадешь, конечно. А мы, снайпера, как правило, попадаем. Еще бы скорострельности ему — цены бы не было оружию. Никаких мечников ближе, чем на сто метров, ни в жисть не подпускали бы.

Прихватив Мартина, мы прошли в ближайший бар, где ребята взяли себе по стаканчику русской зерновой, а мне легкого вина. Мартин пил сок.

В последующие дни мы при встрече дружески кивали друг другу, иногда заговаривали. Несколько раз вели тренировочные бои. А даже хотела немного подучить ребят мечному бою, но они всякий раз отказывались.

— Пойми, Линда. Не наше это. Мы за меч хватаемся, когда уже деваться некуда и с противником глаза-в-глаза встретились. У нас тренировок и стрельб без этого выше крыши. Рейлган — оружие кроме того что тяжелое еще и жутко неповоротливое, а люди в современной легкой и гибкой броне увертливые и шустрые. Я уж не говорю по вампиров и эльфов. Тех только огненным шквалом валить надо, да еще и не с первого попадания остановишь. По троллям и вовсе целую обойму надо затратить. Да знать куда попадать… В общем, пустое это дело. На мечах учиться. Некогда нам. В каждом деле свой талант нужен. У нас он в другом.

Скажу без ложной скромности, соперников в фехтовальном круге для меня не находилось. Иногда я тоже терпела поражения, но это бывало редко и, скорее всего, случайно. Правда, я не рисковала выходить против вампиров и эльфов. Их техника может и не блистала разнообразием приемов, во всяком случае, ничего такого, чтобы не знали люди, они в своих спаррингах между собой не показали, но зато отточенность приемов и скорость их выполнения поражала воображение.

Как-то раз в зал заглянул капитан из спецподразделения. Об этом мне на ухо шепнул Сергей и повинился в том, что когда говорил о полном отсутствии соперников для меня, упустил из виду этого мастера меча.

Капитан посмотрел на пару боев с моим участием, потом попросил не отказать ему в спарринге и… выиграл четыре схватки из пяти. После чего поклонился и предложил службу под его началом. Обещал хороший оклад и выслугу. Сказал, что выкуп долга для его организации — плевое дело, и он хоть сейчас готов предварительно переговорить с моим хозяином.

С одной стороны заманчиво — практически моментально стать свободной от долгов, кроме военного контракта, получить в перспективе престижную службу и обеспеченную жизнь, но… военная карьера меня совершенно не привлекала. Навыки боя нужны мне были, в первую очередь, для выживания в родном приграничьи, а не для того, чтобы резать людей и нелюдей по чьему-либо приказу.