Мнения по поводу выступления «КИНО» разделились. Одни считали, что выступление прошло удачно, другие — утверждали, что «КИНО» готовило программу выступления в спешке и музыканты не успели «сыграться».

Алексей Рыбин: «Мы играли первым номером — расширенный состав “КИНО”: мы с Витькой, Ка-спарян, Макс и приглашенный в качестве сесси-онщика джазовый барабанщик Боря, мой старый знакомый. Марьяша в этот раз постаралась от души, и наш грим, я уж не говорю о костюмах, был просто шокирующим. Ансамбль звучал достаточно сыгранно, Витька играл на двенадцатиструн-ке, мы с Каспаряном дублировали соло, и звучало всё, кажется, довольно мощно. В отличие от традиционных красивых поз ленинградских старых рокеров, мы ввели в концерт уже откровенно срежиссированное шоу — я иногда оставлял гитару и переключался на пластические ужасы — например, в фантастической песне “Ночной грабитель холодильников” я изображал этого самого грабителя:

Этот зимний рок-клубовский концерт “КИНО” — “Аквариум” оставил у меня самые приятные воспоминания, и у большей части моих друзей тоже. Единственным темным пятном была едкая рецензия в рукописном журнале “Рокси” — там говорилось, что то не так, это не так, у Рыбы, мол, ширинка на сцене расстегнулась и вообще, мол, концерт был поганый. Почему поганый, я из статьи таки не понял» [119] .

Марьяна Цой в своей повести «Точка отсчета» констатировала: «Это был второй электрический концерт группы в моей жизни. Первый состоялся почти год назад и, как положено первому блину, вышел комом. Второй ком тоже вышел блином… Рядом стоял его приятель, который почему-то решил, что он — бас-гитарист. С таким же успехом это могла сделать я или первый попавшийся водопроводчик. Я уже не помню, кто там был на барабанах, помню только, что весь состав на сцене Цою не помогал, а ужасно мешал, и, несмотря на все Витины страдания, ничего хорошего не получилось» [120] .

Как уже говорилось, в процессе подготовки к зимнему концерту Цой присмотрелся к Юрию Ка-спаряну. Отношения же с Алексеем Рыбиным стали заходить в тупик, непонимание нарастало, и появлялось всё больше взаимных претензий. Видимо, как бывает в любом творческом коллективе, пришло время для разногласий, выяснения отношений между творческими людьми, каждый из которых сам по себе весьма одарен и амбициозен. Еще одним, весьма немаловажным моментом стали финансовые разногласия между Цоем и Рыбиным, которые начались, как только был хоть как-то налажен график квартирных концертов.

Отвечая на вопросы журналистов «Московского комсомольца» в 2012 году, Алексей Рыбин так откомментировал свой уход из «КИНО»:

«Я ушел из “КИНО”, потому что игра в группе — это профессия. Одно дело — весело проводить время с друзьями, и совсем другое — выбрать музыку на всю жизнь. В мире не очень много групп, которые состоят из друзей-приятелей. Те же “Rolling Stones” не то что не разговаривают месяцами, они живут на разных континентах и собираются вместе лишь для работы. Несколько лет мы с Витей дружили запоем. Нам было очень сложно поодиночке. Может, мы и разошлись-то в свое время потому, что слишком много общались, получилось такое перенасыщение друг другом. Он уходил в училище, я — на работу или в институт, маялись там полдня, но, как только за нами закрывались двери казенных учреждений, мы тут же встречались. И не расставались до поздней ночи. А часто и ночевали вместе» [121] .

А вот что рассказывал Виктор Цой в одном из своих интервью: «С Алексеем в последний период нашего сотрудничества отношения всё больше осложнялись, и это мешало работе… Алексей — человек с обостренным чувством лидерства. Он постоянно говорил, что лучше меня поет, лучше аранжирует, лучше играет на гитаре… Мне не очень нравилось, что Леша на концертах, которые он сам для себя организовывает, исполняет мои вещи, не ставя меня в известность…» [122]

Дмитрий Левковский, администратор группы «Игры»: «Ну, то, что Рыба ушел из “КИНО”, не совсем верно… Это выглядело как конфликт, а не разрыв отношений. Что касается того, что Рыба чего-то там делить не хотел, то тут просто. Есть-то он тоже хотел, как и все остальные…» [123]

Алексей Вишня: «Их зимний концерт приняли очень тепло, однако продюсеру Гребенщикову он не показался удачным. Леша принес запись нескольких песен из Малого драматического театра, но она тоже никому не понравилась…» [124]

Как бы там ни было, в итоге Алексей покинул группу, а Цой продолжил репетиции с Каспаря-ном. В интервью самиздатовскому журналу «Рокси» Алексей Рыбин объяснил свой уход так: «Цой как-то сказал мне: знаешь, в одной группе не должно быть двух лидеров».

С 13 мая по 15 мая 1983 года в Ленинграде проходил первый в городе, да и во всей стране рок-фестиваль. Конечно же, далеко не всё получилось так, как хотелось рок-музыкантам, но сам факт проведения подобного мероприятия был почти революционным явлением.