Осада закончилась нашей победой. Я и не сомневался. Мы с тигром сидели, облокотившись о флагшток. Остальные лазили по крепости исследуя ее вдоль и поперек. Мне не хотелось. Улыбнулся вспоминая бой с Сертайо. Мне даже в медведя не пришлось перевоплощаться. В душе удовлетворение и спокойствие. Я сделал все что хотел, пора на выход.

— Деф, адрес Ани знаешь?

— Извини, но если она тебе сама не рассказала, значит, не рассчитывала на встречу в реале.

— Я просто не спрашивал ее. Хотел. Но, то одно, то другое. А сегодня она убежала с утра пораньше и больше не зашла. Надеялся, что у меня еще будет время узнать. Но не сложилось. Так как?

— Думаешь, я знаю где живут все работники компании?

И то правда. Ничего, что-нибудь придумаю. Поднявшись, окинув крепость взглядом. А неплохо я провел свой отпуск. Насыщенно, непредвиденно и захватывающе.

— Уходишь? — тигр так же поднялся.

— Да. Пора мне уже.

— Будешь еще играть или все? — Дефендер встал рядом и так же как я начал рассматривать окружающий пейзаж. И не скажешь, что недавно здесь было сражение. Крепость восстановилась сразу же, как только осада закончилась.

— Не знаю. Мне понравился этот мир. Да и игра в целом. Вполне возможно, время от времени буду заскакивать. Нервишки пощекотать и расслабиться. Но не ближайшие дни. Сейчас мне бы отдохнуть и косточки размять. Надеюсь, мое тело в состоянии шевелиться, после двух недель растительного существования. Попрощаешься за меня с нашими?

— Конечно, что за вопрос.

Обменявшись телефонами, пожали друг другу руки, и я полетел в город. Зайдя в номер, опустился на пол и полез в интерфейс. Ну что, с богом.

Затаил дыхание следя за отсчетом секунд до выхода..

10, 9, 8, 7

Думать о том, что меня опять не выпустит, не хотелось.

6, 5, 4, 3, 2, 1

В глазах потемнело. В груди начало жечь. Я все еще не дышу. Губы растянула улыбка. Саркофаг со щелчком открылся. Зажмурился. Глаза отвыкли от яркого света.

— Дмитрий Васильевич, как вы себя чувствуете?

Попробовал пошевелиться, а потом сесть. Голова закружилась. Сделал несколько глубоких вздохов и поднялся на ноги. Чуть качнуло. Мужчина в белом халата придержал меня, не давая упасть. Легкое головокружение и общая слабость, все остальное вроде в порядке.

— Нормально, — прокаркал в ответ. Горло надо бы смочить. — Пить.

Мне в руку вложили какую-то мензурку. В ней было всего два глотка воды. На мой возмущенный взгляд услышал жесткое.

— Вам больше нельзя. Организм давно не принимал пищу. Разрешите вас проверить.

Не дожидаясь ответа, меня усадили на стул и первым делом принялись мерить давление. Зрение привыкло к освещению, и я тут же принялся осматриваться. Родной подвал порадовал, а вот наличие в нем посторонних не очень. Несколько человек в оранжнвой одежде разбирали саркофаг, отключая его от компьютера. Еще трое, в белых халатах стояли около меня и двое в костюмах располагались на выходе из помещения. Последние, явно были из органов.

— Что здесь происходит? Где мой сын? Кто вы?

— Не переживайте. С вашим сыном все в порядке. Он наверху с дедом. Снимите рубашку, мне надо вас послушать.

Разговаривал со мной только один из докторов. Остальные, молча, выполняли свою работу.

— Мы проверяем состояние вашего организма после двух недель проведенных в саркофаге. Аппаратуру заберут на обследования. В замен вам выдадут новую, последнего выпуска. Не переживайте. Поработайте кулаком, мне надо взять анализ крови.

Резиновый жгут передавил руку чуть выше локтя.

— Отлично. Следите за молотком. Сядьте и положите ногу на ногу. Замечательно. Закройте глаза и дотроньтесь указательным пальцем правой руки до носа. Теперь левой. Моторика хорошо работает. Радует.

Врачи меня не меньше часа мучили, не выпуская из подвала. Рабочие к тому времени уже установили новый саркофаг. Подключили все, проверили состояние, попросили расписаться в документах и уехали. Амбалы со входа ушли вместе с ними. Составив и вручив мне режим питание и нагрузок на ближайшие дни, врачи так же попрощались и укатили. Я остался в подвале один. В тишине. Как хорошо быть дома.

Дверь открылась. В проеме показались отец и сын. Последний, ни слова не говоря, спустился вниз и подойдя ко мне положил руку на плечо. Кого-то мне это движение напоминает. Улыбнулся. Сережка же посмотрев в глаза, поинтересовался?

— Как ты?

— Живой, вроде. Нам надо поговорить.

— Надо. Тебе помочь подняться?

— Спасибо, но не настолько я стар, чтобы не одолеть десять ступеней самостоятельно.

— Вы там еще долго? — в разговор вклинился отец. — Пошлите на кухню разговаривать. Это приятнее делать за чашечкой кофе, ну или чего-то покрепче.