Молодые люди всё больше привыкали друг к другу, даже короткие разлуки были для них невыносимо тяжелы. В одну из встреч Гарольд и Эдита отправились на прогулку по окрестностям. Граф усадил девушку на своего коня и повёл его в поводу. Оживлённо беседуя, они миновали прилегавшее к усадьбе поле и поднялись на высокий холм.

— Что это, милая? — рассеянно спросил Гарольд, заметив на склоне какое-то странное каменное сооружение.

— Алтарь Вотана, — ответила Эдита.

— Алтарь? Что ещё за алтарь? — недоумённо поинтересовался граф.

— Разве ты никогда не видел таких алтарей? — удивилась девушка.

— Нет, — пожал плечами Гарольд.

— Это алтарь любви, — пояснила Эдита и смущённо добавила: — Сколько счастливых сердец соединил этот древний камень.

Гарольд лукаво взглянул на неё и предложил:

— Спустимся к нему?

— Для чего? — потупила взор девушка.

— Пусть он соединит нас... — чуть помедлив, негромко произнёс граф.

— Этим не шутят, милый, — покачала головой Эдита.

— Я не шучу, — улыбнулся Гарольд.

— Вот как, — зарозовела девушка. — Тогда нам нужны двенадцать юношей с мечами.

— С мечами? Зачем? — оторопел Гарольд.

— Если ты, дав обет, обманешь меня, они пронзят тебя мечами, — рассмеялась Эдита.

— И ты позволишь им сделать это? — шутливо нахмурился Гарольд.

— Нет, конечно, — взмахнула ладошками девушка.

Гарольд улыбнулся и привлёк её к себе. Эдита прижалась к его груди и по-детски доверчиво заглянула в глаза.

— Значит, ты согласна стать моей маленькой жёнушкой? — спросил он.

— Нет, не согласна, — покачала головой девушка.

— Что?!

— Не согласна, а счастлива.

Граф не удержался и осторожно коснулся губами её губ. Она отстранилась, погрозила ему пальчиком и мягко произнесла:

— Надо потерпеть, милый. Нельзя нарушать обычаи.

— Что ж, будем терпеть, — преувеличенно печально проронил Гарольд.

Возвращаясь в усадьбу, они увлечённо обсуждали планы их будущего. Было решено, что Гарольд переговорит с отцом, а потом приедет просить её руки.

На следующий день Гарольд встретился с отцом. Он весь горел нетерпением, спеша побыстрее отдать дань предписанным обычаями формальностям. Старый Годвин почувствовал, что сын хочет поговорить о чём-то важном. Они сели в кресла друг напротив друга. Годвин откинулся на спинку, а Гарольд, наоборот, подался вперёд, напряжённо сцепив пальцы.

— Так о чём ты хотел говорить, любезный сын мой? — спросил старик.

— Я хочу жениться, отец.

— Хорошее дело, — кивнул граф. — И невесту ты выбрал достойную... из славного старинного рода.

— Вы уже знаете? — вскинул брови Гарольд.

— Знаю, — кивнул граф.

— Значит, будем готовиться к обручению.

— Не торопись, сынок, — опустил глаза Годвин. — Всё не так просто.

— О чём вы?

— Ты знаешь, кто её отец?

— Знаю. И вы его знали. Он был хускерлом короля Этельреда.

— Э-хе-хе, — вздохнул старый граф. — Если б это было действительно так.

— Что значит если б? — нахмурился Гарольд. — Я вас не понимаю, отец. Говорите правду, что вы имеете в виду.

— Правду? — Старик нервно потёр руки. — Ты хочешь её знать?

— Конечно!

— Её отцом был... — Годвин замялся, но всё же решительно закончил: — Её отцом был наш родственник... Покойный Ингельред.

— Старый Ингельред?! — опешил Гарольд. — Этого не может быть!

— Может, сынок, может. В жизни всякое бывает.

Гарольд опустил голову и заиграл желваками.

— То-то её мать так странно смотрела на меня, — глухо произнёс он. — Что ж она молчала?

— А что она могла сказать? — развёл руками граф. — Похвастаться ей было нечем.

— А Эдита? — вскинул голову Гарольд. — Она тоже знает?

— Успокойся, — мягко произнёс отец. — Она-то ничего не знает. Но беда в том, что об этом знают другие.

— Ты полагаешь?

— А откуда об этом узнал я?

Гарольд сокрушённо уронил голову и после долгой паузы с болью спросил: