Она, естественно, жила в пентхаусе. Вход внутрь здания лежал через декоративную алюминиевую решетку. Проходя через фойе, я подумал, что какой-нибудь художник по интерьеру заработал на нем не меньше десяти тысяч долларов. Обряженный в серую ливрею швейцар проводил меня к лифту. Я нажал кнопку с пометкой «П» и понесся ввысь, быстро и бесшумно.

Наверху, у пентхауса, было свое фойе. Меньшее по размерам, чем внизу, но отделанное не менее шикарно. Я нажал кнопку звонка и стал ждать.

Дверь открылась. На пороге стояла Кэнди Логан и смотрела на меня. На ней была мужская рубашка… белая, с длинным хвостом сзади. Спереди она едва прикрывала бедра.

— Привет, — сказала она. — Я думала, ты мне сначала позвонишь.

— Интересно, когда брюки вышли из моды? — спросил я хриплым голосом.

— Так прохладнее, — сказала она беспечно. — Почему бы тебе не войти и не взглянуть на то, что я называю домом?

— Ты хочешь сказать, что здесь есть еще что-нибудь достойное внимания?

— Зайди и посмотри сам.

Я прошел за ней. На первый взгляд стиль гостиной показался мне современным, дорогим и не восточным. Уже хорошо. Но Кэнди шла впереди меня, и хвостик ее рубашки мотался из стороны в сторону, поэтому у меня, говоря честно, не оставалось времени на то, чтобы разглядывать детали интерьера.

Она направилась в угол комнаты к бару, а я завалился на диван и стал с интересом смотреть, как она готовит напитки для нас. Она наливала в бокалы «Чивас Ригал», впрыскивая по капельке сельтерской из весьма изысканного сифона.

— Здесь прекрасный вид из окна, — сказала она, заводя разговор.

— Отсюда, где я сижу, вид не менее превосходный, — сказал я ей. — И ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что я могу променять его на какое-то паршивое окно.

Она принесла два бокала и села на диван рядом со мной. Я благодарно принял бокал из ее рук и стал пить.

— Как мило, что ты выкроил минутку и заглянул ко мне, Эл, — сказала она. — Я уж думала, что расследование этого убийства не даст нам возможности повидаться.

— Что сказал тебе по телефону Ромэйр? — спросил я ее.

— Ромэйр? — Брови ее удивленно приподнялись. — О чем ты говоришь?

— Я сегодня работаю объездчиком, — сказал я. — И если бы ты не стояла следующей по списку, я бы бросил это дело.

— Почему бы тебе не расслабиться? — сказала она. — Успокойся, Эл, и объясни все по порядку.

— Не морочь мне голову, милая, — сказал я ей. — Стелла Гибб сказала, что мне надо поговорить с Ромэйром, и затем позвонила ему и предупредила, что я еду к нему. Ромэйр посоветовал мне поговорить с тобой, и могу поспорить, что он тоже звонил тебе и предупредил о моем появлении.

— Ты никому не веришь? — вздохнула она.

Привычным движением Кэнди забросила ногу на ногу, и, хотя край рубашки лишь чуть-чуть вздернулся, этого оказалось достаточно, чтобы возбудить мое любопытство — а есть ли у нее что-то под рубашкой? Я почувствовал, что этот вопрос требует повторного расследования.

— Однажды я поверил одной даме, — сказал я. — Оглянуться не успел, как чуть было не стал мужем.

— И это было бы неглупым шагом, если она владела какой-нибудь недвижимостью, — сказала Кэнди.

— Не будем отклоняться от темы, — сказал я ей. — Ну, так что Ромэйр, а?

— По правде сказать, Эдгар действительно звонил мне.

— И что он сказал?

— Он думает, что я должна рассказать тебе правду о Стелле и Джулии. Мол, теперь ты вряд ли поверишь ему, что бы он ни говорил. Сам он собирался все рассказать, но разговор как-то не получился. — Она нахмурилась. — Там что-то получилось с Питером… Тот сходит с ума, стараясь освободиться от крана!

— Пайне — параноик, — объяснил я. — Ему мерещится, будто кухонный кран охотится за ним. И вообще — все краны, — он не мылся уже три недели, — а этот представляется ему главарем всей банды. Это история из серии о враче и больном: первый боится возмездия второго за нанесенный здоровью ущерб. Питер на прошлой неделе менял прокладку в кухонном кране и, как ему кажется, провел эту операцию несколько неряшливо.

Кэнди откинулась на диван, заложив руки за голову.

— Ну ладно, если ты не хочешь слушать о Стелле и Джулии…

— Я хочу.

— Эдгар сказал, что ты, возможно, поверишь мне, если я расскажу тебе о них. Всю правду.

— Возможно. Попробуй.

— Они ненавидели друг друга, — не смущаясь, произнесла Кэнди. — И обе сходили с ума по парням. Стелла всегда занималась тем, что отбивала у Джулии ее кавалеров.

— Это я уже знаю, — сказал я. — Слышал эту песню, и мелодия мне слегка наскучила.

— Та стычка, что произошла на вечеринке у Стеллы, она не из-за Эдгара, тут причина — Харри Вейсман.