Шрифт:
— Въ которое мсто?
— Грудь… Вздыхи, должно быть, отшибло… Дышать трудно…
— Ну, какъ же теперь? Въ заводъ надо, къ доктору… Подешь?
— Куда теперь!.. Темень… Натрясетъ… Подожду до утра…
— Смотри, какъ знаешь… А если хуже будетъ?
— Ничего… Какъ-нибудь…
Прохоръ дышалъ хрипло и рдко. Лицо казалось чернымъ и тусклымъ.
— Можетъ, чего надо, Прохоръ?
— Вотъ только деньги… Завтра перешлите жен… Пожалуйста… Вытащите сами…
Больной показалъ на штаны… Аркадій Иванычъ ползъ въ карманъ и вытащилъ платокъ, въ которомъ оказалось десять рублей.
— Напишите ей… сами… Будьте добренькій… — хриплъ Прохоръ.
— Хорошо, Прохоръ… Сдлаемъ… А завтра надо будетъ все-таки въ больницу. Слышишь?
— Слышу…
— И какъ это тебя угораздило?
— Пожадничалъ… Хотлось кубъ доработать… Побольше, молъ, заработка… Не поберегся…
Прохоръ закрылъ глаза и замолчалъ. На нарахъ храпли. Люди спали, какъ мертвые. Лампа гасла и воняла. Втеръ потрясалъ казарму. Все казалось срымъ, безжизненнымъ и убитымъ.
— Ну, прощай, Прохоръ…
— Прощайте…
— Утромъ навщу…
— Покорнйше благодаримъ.
Аркадій Иванычъ поставилъ лампу на окно; вышелъ изъ казармы и опять провалился въ темень. Онъ шелъ и думалъ, что завтра обязательно увезетъ Прохора въ заводъ, а самъ непремнно откажется отъ службы… Чортъ съ ними, въ самомъ дл! Въ глухомъ лсу, гд бродятъ одни медвди, брошены люди, и нтъ никому до нихъ дла. И кажется, что весь воздухъ, вся эта кромшная темь пронизаны однимъ жаднымъ и дикимъ крикомъ:
— Руды… Руды… Руды…
Втеръ хлесталъ кругомъ и взвизгивалъ, какъ сумасшедшій. Лсъ рокоталъ глухо и гнвно. Аркадій Иванычъ пришелъ въ свою казарму, медленно раздлся и легъ спать. Случайно взглядъ его упалъ на гитару. Она показалась ему лишней и нелпой.
Онъ долго ворочался и, наконецъ, заснулъ. Часа въ четыре ночи его кто-то легонько толкнулъ. Онъ открылъ глаза. Передъ нимъ стоялъ Никита и говорилъ, равнодушно почесывая спину:
— Умеръ Прохоръ-то… Прибгали сказывать… Не надо-ли, говоритъ, что сообщить штейгеру… Вотъ она, жизнь-то наша… Безпокойство одно!..
Никита беретъ полно и гремитъ имъ въ печк. Аркадій Иванычъ молчитъ и смотритъ въ стну дикими глазами…
А. ТУРКИНЪ.
«Русское Богатство», № 6, 1906