И вот началась церемония. Мы заняли места в первом ряду со стороны родственником невесты. На мой вопрос, почему Вики не в роли подружки невесты, та лаконично ответила, указывая на свой живот, что негоже беременной женщине участвовать во всём этом, а потом покосилась на Алекса, и я поняла, что не только в этом была проблема, похоже, мистер Ларссон запретил своей миссис, и та на удивление послушалась. Так вот, когда всё началось, я не знала, куда себя деть, потому что, увидев меня и моё положение, Дом начал злиться. Это было заметно по его прищуренным глазам и плотно сжатым губам. Но когда он передал Рию Франко и встал рядом со мной, то не произнёс ни слова и даже не взглянул в мою сторону, будто бы я была пустым место. Честно, в тот момент я себя именно так и ощущала, но стоило церемонии венчания закончиться, как я почувствовала мёртвую хватку его пальцев на своём локте.

Он продолжал не смотреть на меня, когда мы выходили из церкви. А когда я попыталась с ним заговорить, то он шикнул на меня и подвёл к одной из машины. Усадив меня в салон этого автомобиля, Дом посмотрел мне в глаза, отчего я застыла. Они были тёмными, как грозовые тучи и такими притягательными, что я невольно поёрзала на сидении. Когда же он наклонился ко мне и быстро поцеловал в лоб, я и во все перестала дышать. Меня не беспокоило то, что я была не одна в салоне, я хотела снова почувствовать его тепло. Но стоило мне потянуться к нему, как Дом сделал пару шагов назад и захлопнул дверь автомобиля, отрезая меня от него. Я растерялась, но смогла побороть порыв выскочить из машины и броситься к нему. Откинувшись на сидении, я бросила быстрый взгляд на мужчину и женщину, что были моими попутчиками и слабо им улыбнулась. Всю дорогу до дома Франко, я мучилась от неизвестности. Но стоило мне оказаться в особняке, как Рия заловила меня. Я поздравила её, а она меня в ответ. Мы недолго поболтали, так как Франко стремился как можно быстрее увести новобрачную от чужих глаз, правда, ему это не удалось.

Когда мы сели за праздничные столы, я даже порадовалась, что не попала за один стол с Домом. Он прожигал во мне дыру. И если бы он сидел рядом, или напротив, я бы не смогла есть, хотя и так кусок в горло не лез. Я сидела за одним столиком с Дэниэлсами. То, как Джек обнимал Эли, говорило о том, что он безумно любит её, не смотря ни на что. Она же в свою очередь жалась к нему, словно маленький котёнок, ищущий защиты. Они выглядели счастливо, и лишь иногда я ловила грустный взгляд Эли и понимала, что не всё так хорошо, как хотелось бы думать. Но этот взгляд быстро менялся, стоило Джеку или поцеловать её в висок, или теснее прижать к своему телу.

Было много сказано отличных тостов, было много пожеланий всего наилучшего молодоженам, и когда начались танцы, я смогла слинять подальше от цепкого бледно-серого взгляда.

Я стояла около шатров и пыталась привести в порядок свои чувства, когда Дом нашёл меня.

– Полагаю, нам всё же стоит поговорить.

Я вздрогнула от неожиданности и обернулась к нему. Он стоял в шагах пяти от меня. Весь его вид говорил, что он хотел знать правду и только правду, и что если я попытаюсь соврать, то он это узнает и плохо будет мне, а не ему от этого.

– Хорошо, - проговорила я, чувствуя неуверенность.

– Кто отец? – первый и, наверное, самый болезненный вопрос от него.

Я поёжилась, потому что боялась, что он не поверит.

– Ты.

– Ты уверенна?

– Да.

– Не Назаров?

– Нет, Дом, не он.

– Хорошо, - шагнул он ко мне, но тут же остановился. – Тогда почему ты не говорила?

– Я пыталась, - ответила я, обняв себя, не потому что было холодно, а потому что пыталась унять дрожь.

– Плохо видимо пыталась.

– Ты вправе злиться…

– Что правда? – выгнул он бровь. Его голос звучал уж слишком спокойно. – Ты мне разрешаешь злиться?

– Дом, не надо…

– Что не надо, Ира?

Я покачала головой. Я понимала, что он будет зол, но понимать и принять – это разные вещи. Сколько раз я проигрывала этот разговор в своей голове, но я не могла подумать, что это будет так тяжело.

– Скажи, ты знала, что беременна, когда уходила от меня?

Я промолчала и отвела взгляд, а он же в свою очередь грязно выругался.

– Тогда почему? Почему ты решила мне всё рассказать именно сейчас? Почему не продолжила держать всё в секрете?

– Я пыталась сказать, - огрызнулась я, потому что чувствовала, что теперь и я начинала злиться, - но каждый раз что-то мешало.

Дом усмехнулся, и это стало для меня как красная тряпка для быка. Я чувствовала, что уже не просто дрожу, что меня колотит, но уже не от неуверенности и страха, а от раздражённости переходящей в ярость.

– Но знаешь, я ведь тебе сказала об этом три дня назад, когда звонила. Я дважды повторила, и я не виновата, что ты не расслышал с первого раза.

Он снова выругался и подошёл ко мне вплотную.

– Тогда почему ты не перезвонила, если поняла, что я не расслышал?

– Я… откуда я знала, что ты и во второй раз не расслышал?
– соврала я. Ну не стану же я говорить ему, что была напугана все эти дни из-за стычки с его чокнутой бывшей.