– Та-а-а-ак! Это ещё что такое? – вышла из своего кабинета Алла Владимировна. – Никит, ты моим девочкам работать не даёшь. Может мне тебя куда послать?! – с улыбкой спросила она.

– Алла Владимировна, послать вы меня всегда можете, но может не стоит?

Она рассмеялась.

– Ира, зайди ко мне.

Не знаю почему, но у меня возникло нехорошее предчувствие. Зайдя к ней в кабинет, я прикрыла дверь, когда она попросила, и присела в указанное кресло.

– Ну, как тебе у нас?

– Пока нравится. Ещё не совсем освоилась. Но коллектив дружный, мне это нравится.

– Да, коллектив у нас хороший. Многие к нам хотят попасть, но…

– Но не все попадают, да?

– Да, не все.

Она сняла очки и откинулась в кресле.

– Что у тебя за конфликт с главой?

Ну, вот началось. Как ей объяснить, что с моей стороны никаких конфликтов, что он просто больной на голову, и это, к сожалению, уже не лечится.

– Никаких конфликтов.

– Не стоит мне врать, - прищурив глаза, сказала она. Я тяжело вздохнула и выложила ей всё. По мере того, как я рассказывала историю второго столкновения с ним в лифте, брови Аллы Владимировны ползли вверх всё выше и выше.

– И ты показала ему средний палец? – перебив меня, спросила она. Я кивнула, а она рассмеялась. – Тогда понятно, почему он за тобой ходит. Доменико не терпит не уважение к себе. Ох, боюсь, что он заставит тебя извиниться.

– Я не намерена извиняться.

– Это я поняла. Но он от тебя так просто не отстанет.

Я уставилась на свои ладони.

– И что мне делать?

– Игнорируй его. Он побесится, конечно, но может всё-таки отстанет.

– Почему мне кажется, что вы получите от этого удовольствие?

– А тебе не кажется. Понимаешь, Доменико Де Лука очень жесткий человек и в плане бизнеса, и в плане человеческих отношений. Правда, это не распространяется на его сестёр и друга, Франко Карузо. Остальные достойны лишь его презрения. Но если ты зарекомендуешь себя как профессионал и докажешь, что с тобой стоит считаться, то он для тебя всё сделает. С одной стороны мне будет весело наблюдать за вашими «сражениями», так как я поняла, что в тебе есть стержень, который, я надеюсь, он не сломает. Но с другой стороны, мне будет боязно за тебя. Он непредсказуем.

– Он что, может меня ударить?

– Нет, - усмехнулась она, - если только в приватной обстановке.

– О-о-о… значит, я была права, и он увлекается садо-мазо.

Она рассмеялась.

– Этого я не знаю. Он старается не выставлять свою личную жизнь на показ, хоть Духова и таскается за ним.

– Духова?

– Да, Маргарита Духова. Не слышала о ней?

– Нет.

Мне стало интересно узнать какая она, эта Маргарита Духова. Но судя по Доменико Де Лука, она должна быть такой же надменной, а может наоборот, серой мышкой, которая безропотно подчиняется его приказам. В моей голове даже всплыла картинка, где Де Лука стоит весь в коже, а его любовница привязана к крестовине, и он её шлёпает чем-нибудь. И что за мысли мне в голову лезут?!

– Она дочь одного из бывших деятелей Советского Союза.

– О-о-о…. Но мне это всё равно ничего не сказало.

– В принципе это не столь важно. Послушай, я тебя позвала, так как хотела поручить тебе кое-что.

Ну вот, плохое предчувствие только усилилось. Алла Владимировна стала рыться в бумагах, вытащила толстую зеленую папку и протянула мне.

– Отнеси это Доменико, пожалуйста.

Я уставилась на папку, и, наверное, с минуту тупо хлопала ресницами. Но всё же потянулась за папкой.

– Лично в руки?

– Нет, отдай секретарю.

– Хорошо.

Я встала и уже выходила из её кабинета, когда она добавила:

– Его кабинет на четырнадцатом этаже.

Лифт быстро поднимал меня вверх. Сердце колотилось как сумасшедшее. Хоть бы его не встретить. Двери открылись, и я тут же попала в приёмную, где сидела милая блондинка.

– Здравствуйте, - начала я, когда она посмотрела на меня и улыбнулась. – Алла Владимировна попросила оставить вам эти документы для шефа, - и я протянула ей папку.

– Знаете, он сейчас свободен, так что занесите их ему, - мило улыбнувшись, попросила Вероника. Имя было на бейдже. Я кивнула и на негнущихся ногах прошла к двери, которая вела в его кабинет. Постучавшись и услышав сухое «войдите», я повернула дверную ручку и зашла внутрь. Внутри тихо играла композиция Placebo – Kitty Litter. Он сидел за огромным столом, заваленным бумагами, и что-то писал. Он даже не поднял головы, и я подумала, что это удача, что я просто положу папку на стол и слиняю, но не тут-то было. Стоило мне подойти ближе, а сказать, что кабинет был большой, значит, ничего не сказать, он поднял голову и ухмыльнулся.