– Да мы просто разговаривали с Вашей невестой о ее отце. – Ответил незнакомец.

Женщина недоуменно посмотрела на него, как бы спрашивая, откуда он знает, что подошедший парень ее жених. Но незнакомец никак не среагировал, словно так и должно быть. Он приподнял шляпу и удалился.

Парень провел рукой по своим густым каштановым волосам и как-то с сожалением причмокнул губами.

– Это был знакомый Чарльза? – Спросил он у невесты, смотря вслед уходящему.

– Не знаю. Я его впервые вижу. – Ответила она. Кетрин действительно пыталась вспомнить видела ли она когда-нибудь этого человека и если видела то где, но все было безуспешно.

Она хорошо знала всех друзей отца, их дом был всегда гостеприимным. Большинство Кет могла без труда описать, но даже если и не описать, то узнать при личной встрече точно. Они не были проходящими людьми и появлялись у них в доме не один десяток раз. Но этот мужчина не был одним из них.

Кет внимательно посмотрела, куда направится незнакомец. Он вышел за ворота кладбища и остановился у небольшой церквушки. Мужчина посмотрел на крест, располагавшийся над входом, и некоторое время простоял так, запрокинув голову. Молился ли он или роптал неизвестно, было только видно, как подергиваются его губы, когда он что-то шептал про себя. Через минуты две незнакомец оглянулся, словно почувствовал на себе пристальный взгляд. На него смотрела Кетрин. Она заметила, что он обратил на нее внимание, и хотела быстро отвести взгляд, но не успела. Его глаза снова впились в нее тем твердым гипнотическим взором, как и у могилы отца. На секунду ей показалось, что он качает головой. Что это значило, она еще не понимала, или не хотела понимать, но больше не в силах выдержать этих чар девушка опустила глаза и села в машину к жениху.

Когда они отъезжали от кладбища, Кетрин еще раз обернулась, но незнакомца уже не было.

***

Пейзаж полупустынного плато был угрожающе красив. Так пугать и восхищать одновременно может только песок и вода, бушующая стихия океана и спокойствие безмолвной пустыни. Здесь словно столкнулись две противоборствующие силы – жизнь и смерть. Каждая пытается отвоевать свое место и уничтожить все следы существования своей противницы. Но пустыня побеждает и даже пробивающиеся сквозь камни и песок травы, кактусы и кусты как символы новой жизни, зарождающегося начала, были только плодами высохшей речной долины, уже миллионы лет мертвой, как все вокруг. Сухой ветер, перекати-поле и потрескавшаяся почва – символы гибели, конца и результаты борьбы с животворной силой, в которой смерть взяла свое, были дополнительными аргументами в пользу победы последней.

Как только Луна окончательно вступила в свои права, на дороге показалось двое мужчин. Их твердая, уверенная походка выдавала их молодость, хотя лица были скрыты за повязкой из темно-зеленой клетчатой ткани, открывающей только блестящие в лунном свете яркие глаза. Холодная ночь заставляла их мускулы немного подергиваться, но быстрая ходьба не позволяла замерзнуть окончательно. Высокие сапоги со шпорами уже порядком запылились, когда мужчины подошли к назначенному месту. Посреди пустынного пейзажа был разведен высокий костер, собравший несколько десятков людей. Все: и мужчины, и женщины были одеты примерно также как и путники – в темные джинсовые костюмы и теплые рубашки из штапеля. На головах у них были либо повязки, либо шляпы, а на ногах сапоги, длиной до середины голени, на широком каблуке в 1-2 сантиметра высотой.

Странники подошли к самому пожилому из людей и, прошептав ему что-то на ухо, присоединились к остальным. Их приход возымел на толпу приободряющее действие. Было видно, что они ждали их прибытия, и, судя по всему, уже одно их появление, было радостным событием.

Через несколько минут старик, к которому в первую очередь обратились наши путешественники, подозвал к себе одного из мужчин, стоящего несколько поодаль ото всех и, видимо, плохо представляющего себе, что здесь происходит. Тем не менее, на призыв он откликнулся.

– Ну что ж, теперь настало время тебя очистить. Ведь именно для этого ты пришел к нам. – Громким низким голосом произнес старик, обращаясь к мужчине.

Тот ничего не ответил, несколько оторопев от происходящего. Его жутко колотило то ли от холода, то ли от страха, но он старался держаться.

– Ты не должен бояться. – Спокойно заверил его старик. – Через это должен пройти каждый. Каждый из нас уже прошел через это и теперь настал твой черед. Ты шел к этому долго. Мы готовили тебя и ждали, когда ты сможешь вступить на дорогу очищения. Не каждому суждено вкусить плоть Великого Бога и ощутить дыхание Великой Матери. Только прошедший все тяготы может принять их с достоинством.

Каждое слово резким гулом отзывалось в голове у того молодого мужчины и внушало ему еще больше страха, но теперь отступить он не мог и ответ на последний, решающий вопрос был предрешен.

– Мы должны предупредить тебя в последний раз – готов ли ты? Хочешь ли ты этого и примешь ли ты на себя груз ответственности, который будет возложен вместе с даром, полученным сегодня? Ибо если в твоей душе есть хоть капля сомнения, если ты испытываешь страх, если ты не хочешь и не можешь принять этого, то мы не должны были собираться. Мы не можем решить за тебя это, мы могли лишь подготовить тебя к этому. Так скажи теперь в первый и последний раз – готов ли ты?

– Готов. Я готов! – Твердо и четко произнес уже не дрожащим голосом мужчина.

– Прекрасно. Возьмите его. – Приказал старец.

Мужчину подвели под руки к постаменту, на котором была расстелена бычья шкура и лежали орлиные перья. Затем его уложили, и старик подошел к нему.

– А теперь раскрой свое сердце, чтобы впустить очищающий дух. – Произнес он, склонившись над мужчиной.

Тот закрыл глаза и расслабился.

Старик взял в руки одно из перьев, лежащих на алтаре, и провел им по телу мужчины. Сначала голова, шея, плечи, потом руки, торс, бедра, ноги, стопы и вот, наконец, старик поднял перо над своей головой и резким движением стал стряхивать невидимую пыль с него. Проделав это движение несколько раз, он бросил перо в костер и повторил все процедуру с каждым из других перьев, лежащих у тела мужчины.