Рассматривая Штеффена, Гвен понимала, что он говорит правду. Чем больше времени она проводила с ним, тем больше уважала этого забавного, ловкого человека, который смотрел на мир по-своему. Штеффен был гораздо мудрее и разумнее, чем ей показалось вначале, и Гвен чувствовала себя в долгу перед ним за то, что он сделал для нее. Она чувствовала, что он был близким другом, одним из немногих людей в этом дворе, которому она по-настоящему могла доверять.

«Я позвала тебя сюда, потому что у меня никогда не было возможности должным образом поблагодарить тебя», - сказала Гвен.

«Вам не за что благодарить меня, миледи».

«Есть за что. А я всегда возвращаю свои долги. Я считаю несправедливым то, что ты продолжаешь быть слугой, в то время как ты спас жизнь члена королевской семьи. Я в долгу перед тобой, и я хотела бы отплатить тебе. Пожалуйста, скажи мне, каким образом. Желаешь ли ты богатства? Новую должность?»

Штеффен покачал головой.

«Миледи, у меня нет потребности в богатстве. Возможно, в юности, но не сейчас. У меня нет места, которое я смог бы назвать домом. Я сплю в маленькой комнате, примыкающей к крылу слуг. У меня нет семьи – по крайней мере, никого, кто признавал бы меня. У меня никого и ничего нет в этом мире. Поэтому я не нуждаюсь в вещах. Так со мной было всегда».

Гвен почувствовала, как разбивается ее сердце.

«Но это несправедливо», - сказала она.

Штеффен пожал плечами.

«Так устроен мир. Некоторые люди рождены, чтобы получить больше других».

«Но ведь никогда не поздно», - возразила девушка. – «По крайней мере, я хочу повысить тебя в должности. Я хочу дать тебе более достойную работу в другом месте».

«Пока Ваш брат является королем, я хочу быть подальше от него. Подвал вполне меня устраивает».

«А что, если однажды появится новый правитель?» - спросила Гвен.

Штеффен посмотрел прямо сквозь нее, мгновенно ее поняв. Он был более проницательным, чем она думала».

«Миледи, если этим правителем будете Вы, а я молюсь об этом дне, тогда я сочту за честь занять любую предложенную Вами должность. Но пока этот день не настал, я доволен».

Она кивнула, внезапно осознав, что сделает.

«Если этот день придет», - сказала Гвен. – «Мне понадобится большое количество советников. Среди них будет несколько человек, которым я могу доверять так же, как и тебе. Не говоря уже о том, что мне нравится твое общество».

Штеффен улыбнулся. Гвен впервые увидела его улыбку. Девушке стало грустно – в его глазах она видела маленького мальчика, который когда-то хотел быть любимым, но которого всегда только отвергали. Она осознала, что, должно быть, впервые в жизни кто-то принял его, впервые его выбрали для чего-то.

«Миледи», - смиренно произнес он со слезами на глазах. – «Ничто не окажет мне большей чести».

Внезапно Штеффен сделал шаг вперед, нагнулся и поднял ее лук.

«Если я буду Вашим советником», - сказал он. – «Если Вы позволите мне взять на себя смелость, может быть, я мог бы начать сейчас - с урока с луком и стрелами».

Он улыбнулся, указывая на ее отдаленную мишень.

«Простите меня, миледи, но я не мог не заметить, что Ваша цель нуждается в некотором исправлении, если Вы позволите мне сказать».

Гвен улыбнулась в ответ, она была приятно удивлена. Девушка сомневалась, что кто-то в его состоянии сможет учить ее, но решила продолжить и потакать ему. Штеффен был чудным человеком.

«Я рада, что ты заметил», - сказала она. – «Потому что она очень даже нуждается в исправлении. Стрельба из лука является одним из твоих умений?»

Штеффен улыбнулся, поднимая стрелу и взвешивая ее в своей ладони. Никогда прежде Гвен не видела, чтобы кто-нибудь так обращался со стрелами.

«В этом мире у меня немного умений, миледи», - сказал он. – «Но стрельба из лука является одним из них. Вы подумали бы, что мне это не под силу, тем не менее, горб на моей спине на самом деле помогает мне легко стрелять. Так было всегда. Мои немногие друзья подшучивали надо мной, что я родился в форме лука. Но иногда я думаю, что это хорошо».

Вдруг Штеффен поставил стрелу в лук, натянул тетиву, после чего выстрелил, продолжал смотреть на Гвен и улыбаться.

Через секунду они услышали звук вонзающейся стрелы в мишень, и Гвен, затаив дыхание, увидела, что он попал в самое яблочко.

Девушка ахнула. Она не могла понять, как Штеффен это сделал – выстрелив, он смотрел на нее. Гвен никогда ничего подобного в своей жизни не видела, даже от королевских лучников.

«Можешь ли ты научить меня делать это?» - спросила она с благоговением в голосе.