Кейтлин была не против. Она была просто счастлива от того, что находилась рядом с Блейком. Закрыв глаза, она вдыхала солёный воздух и пыталась запомнить момент во всех деталях: лунный свет, гондола, Венеция. О большем нельзя было и мечтать.

Было несколько вопросов, которые не давали Кейтлин покоя, и она чувствовала, что задать их всё-таки придётся. Она сделала глубокий вдох. Ей так не хотелось разрушать идиллию.

«Что ты помнишь?» – спросила Кейтлин.

Вопрос завис в воздухе. Кейтлин даже начала сомневаться в том, что Блейк его расслышал.

«Достаточно много», – наконец ответил он.

Интересно, что бы это могло значить. В этом был весь Блейк. Он всегда говорил загадками, и выманить из него лишнее слово было просто невозможно. «Ты помнишь Поллепел?» – спросила Кейтлин.

И снова тишина, а потом: «Я бы не сказал, что я его помню. Это скорее взгляд в будущее, возможность увидеть жизнь такой, какой она могла бы быть. Я видел Поллепел у себя в голове, но никогда там не был».

«Тогда… – Кейтлин запнулась. – Ты видел нас в будущем?»

Блейк замялся. «Кое-что видел, – ответил он. – Это похоже на сохранившиеся эмоции. У меня есть к тебе сильное чувство, которое я буду испытывать в другом времени. Я не вижу деталей…Видимо, это судьба. Каждый раз мы словно бы начинаем всё заново, не так ли?»

«А какое чувство ты испытываешь?» – спросила Кейтлин.

Лица Блейка ей не было видно, ведь он стоял, развернувшись вперёд, но Кейтлин показалось, что в его голосе была улыбка. «Очень положительное, – ответил он. – Говорят, есть люди, с которыми судьба сталкивает нас вновь и вновь в каждой жизни, которую мы проживаем, в каждом новом времени. Я думаю, что у нас с тобой именно это, – добавил Блейк».

Кейтлин понимала, о чём он говорит. Она тоже это чувствовала. Речь шла не о любви. Их чувство было сильнее. Судьба. Рок. Неизбежность. Они были созданы друг для друга, нравилось им это или нет. Речь шла о том волшебном моменте, когда вселенная заставляла их пути пересечься, лишая их свободы выбора. Это был единственный момент в жизни, когда свободная воля подчинялась чему-то более значительному и важному. Может быть, это была судьба. Это было больше, чем любовь, по крайней мере, так казалось Кейтлин. Любовь, истинную любовь, можно было пережить однажды, и здесь выбор оставался за Кейтлин, но судьба могла свести её со многими людьми, и выбора в этом случае у неё не было.

Кейтлин боялась задать следующий вопрос. От волнения сердце готово было выпрыгнуть у неё из груди.

«Ты знал, что я буду на балу?» – спросила она.

Между ними повисло молчание. Наконец Блейк ответил: «Да, именно поэтому я там появился».

«Нам суждено быть вместе в этой жизни?» – спросила Кейтлин.

«Я не знаю, – услышала она в ответ. – Я лишь знаю, что хочу быть с тобой».

Когда они завернули за угол, узкий канал превратился в Гранд-канал. Перед ними была Венецианская лагуна. Её голубые воды терялись в утренней дымке, которая делала лунный свет каким-то нереальным.

Кейтлин пыталась разобраться в своих мыслях. Эмоции захлестнули её, и Кейтлин уже не могла точно сказать, для чего вернулась в прошлое. Думать о Калебе становилось всё сложнее. Она всеми силами старалась его найти, но сейчас больше, чем когда-либо раньше она была уверена, что его в Венеции не было. Так почему же она оказалась именно здесь и именно сейчас? Было ли ей суждено найти Блейка? Вернулась ли она сюда ради него?

Блейк пришвартовал гондолу к причалу, привязал верёвку потуже и сел рядом с Кейтлин. Светало, и небо озарялось богатой палитрой оттенков.

Кейтлин повернула голову и посмотрела на Блейка. Ей нравилось смотреть ему в лицо.

«Время – бесценно, – сказал он. – Кажется, что оно длится вечно, но это не так. Жизнь меняется в доли секунды. Сейчас мы можем быть вместе, а в следующее мгновение может расстаться на века».

Кейтлин задумалась над его словами, осознавая, что Блейк был прав.

«Какая ирония, – ответила она, – будучи бессмертными, нам никогда не хватает времени».

Блейк внимательно посмотрел на неё, и Кейтлин ответила на его взгляд, пытаясь побороть накатившие эмоции.

«Я живу во дворце за городом, – сказал Блейк. – Я хочу, чтобы ты поехала туда со мной».

Кейтлин не нашлась, что ответить. У неё просто не было слов, сердце бешено билось в груди, а во рту пересохло. У неё не было сил, чтобы сказать «нет». Ей казалось, что она наблюдает за всей ситуацией со стороны, не в силах внести в неё изменения, словно беспомощный пассажир несущегося на большой скорости поезда.

Вдруг Блейк наклонился ближе. Кейтлин знала, что он собирается её поцеловать. Перед глазами всё закружилось, и она застыла на месте, закрыв глаза.