Рут сражалась рядом со Скарлет. Подпрыгнув, она резко атаковала третьего солдата и повалила его на землю прежде, чем он успел отреагировать.

Скарлет окинула взглядом улицу и увидела, что вокруг без сознания лежали десятки солдат. В этот момент она чувствовала себя непобедимой.

И вдруг что-то произошло. Скарлет ощутила, как сзади на неё набросили сеть. Она и Рут были в ловушке. Пытаясь сдёрнуть её и дотронувшись до сети, девочка поняла, что по какой-то неведомой причине лишилась своей силы. Сеть была соткана из чего-то холодного и странного на ощупь. Ко всему прочему, она была ужасно тяжёлая.

И наконец Скарлет поняла: сеть была сделана из серебра. Едва коснувшись тела девочки, серебряная сеть лишила его силы и мощи. Теперь она стала слабой и беззащитной, как обычная смертная.

Скарлет почувствовала, как оставшиеся воины бросились на неё и прижали к земле. Последнее, что она увидела, повернув голову, был огромный кулак солдата, которым он больно ударил её прямо в лицо.

Когда солнце село, Сэм и Саманта отправились на прогулку по безлюдным улицам Иерусалима, туда, где они могли побыть одни. Они гуляли уже несколько часов. Саманта его куда-то вела, и Сэм не сопротивлялся. Было в ней что-то – в ней всегда было что-то – что притягивало Сэма, как магнитом, побуждая следовать за ней, не задавая лишних вопросов.

Он вспомнил их первую встречу в Хадсон-Вэлли, когда она жила одна в том большом доме. Это был первый раз в его жизни, когда он по-настоящему влюбился. Тогда она просто сразила его наповал.

Идя рядом с ней, следуя за Самантой по тёмным улицам города, Сэм не мог избавиться от воспоминаний об их отношениях. Он вспомнил, как они вдвоём ехали в машине в Хадсон-Вэлли, как приехали в трейлерный парк, как познакомились с тем моральным уродом, который выдавал себя за его отца. Сэм вспомнил момент, когда Саманта убила того человека – это был первый раз, когда он видел вампира в действии. Сэм вспомнил, какое это тогда произвело на него впечатление.

Он также вспомнил, как они оправились в Бостон, в Королевскую часовню, и как Кайл забрал у них меч. Он вспомнил, как его поймали и заточили в подземелье в Нью-Йорке. Конечно, Сэм не мог забыть и ту судьбоносную ночь, когда Саманта его обратила. В тот самый момент их отношения перешли на совершенно новый уровень – это была не просто любовь, а что-то безграничное и неподвластное времени.

Сэму казалось, что он давно выкинул мысли о Саманте из головы, но честно говоря, в глубине души он никогда её не забывал. Память о ней всегда присутствовала в его сознании, спрятавшись глубоко в недрах его личности. Иногда его тянуло к ней, как магнитом. Он был похож на преданного слугу, стремящегося вернуться к своему господину. Сейчас, когда она была рядом, Сэму казалось, что в какой-то степени, он чувствовал себя с ней как дома.

При этом Сэм отчётливо помнил момент их расставания. Он хорошо помнил, как она пыталась хитростью заставить его убить сестру. В тот момент он находился под её сильным влиянием и почти выполнил её поручение. Сэм также помнил, как он порвал с Самантой отношения, не желая её когда-либо видеть вновь. Какая-то часть его сознания до сих пор не простила её за то, что она когда-то сделала.

Сейчас, в другом времени и месте, Сэм с удивлением отмечал, что был счастлив находиться с ней рядом. В конце концов, он изменился: он уже не тот человек, каким был раньше. Всё, что Саманта когда-то сделала, её жестокость, её амбиции, её гнев и вероломство – всё, что когда-то его так в ней отталкивало – сейчас казалось Сэму очень привлекательным. Он восхищался этими её качествами. То, что он раньше презирал, теперь влекло его всё больше. Сэм хотел быть с Самантой.

Они шли в полной тишине. Сэм не мог понять, сам ли он начал вспоминать их прошлое, или она опять играла с ним в игры, заставляя его думать и желать того, что хотелось ей самой. Неужели спустя столько времени ей до сих пор удавалось им манипулировать?

Сэму было неважно, если это даже и было так. Он хотел быть с Самантой. Она олицетворяла собой мстительность и тёмную мощь. Сэм настолько был ею очарован, что ему было безразлично, куда она его вела.

Саманта взяла его за руку и крепко её сжала. Она посмотрела на Сэма. Глядя в её бледно-голубые глаза, он чувствовал, что связь между ними неуклонно растёт. До встречи с ней, бродя по улицам Иерусалима, Сэм не знал, что ему следует делать дальше. Сейчас же, когда Саманта была рядом, он знал, что она ведёт его в нужном направлении.

Они шли по узкой улочке, вверх по крутому холму, когда Сэм увидел, куда именно они направлялись. Впереди стояло большое здание языческого храма. Построенное в форме восьмигранника, его окружали римские колонны, заканчивающиеся сверкающим, круглым куполом. Колонн было восемь, и каждая была в форме какого-то языческого бога. Со всех углов на людей смотрели горгульи. Даже не заходя в здание, а глядя на него в кроваво-красном свете заходящего солнца, Сэм чувствовал тёмную энергетику этого места.

Он не мог поверить, что попал в такое время, когда люди до сих пор поклонялись языческим богами. Ещё какое-то время назад Сэм бы бежал отсюда со всех ног, но новый Сэм с нетерпением ждал момента, когда переступит порог храма. Он знал, что за его стенами он встретит таких же, как и он сам. Он жаждал этой встречи.

«Сейчас ты познакомишься с нашим лидером, – произнесла Саманта холодным, хриплым голосом. – Меня послали привести тебя, чтобы ты мог воссоединиться с твоей настоящей семьёй. С нами. Твоё место среди нас. Мы решили встретить тебя именно в этом храме и воздать тебе должные почести. Теперь ты – один из нас, Сэм. Твои поиски закончены».