– Чего?

– Пока сам выкарабкаешься, чего еще? Ведун так и сказал, мол, сидите и ждите, сам влез, сам и вылезет.

– Долго ждали?

– Неделю.

– Это по-нашему почти три дня, да три… А Ведун откуда?

– Так знамо откуда, Перуном посланный, теперича их в нашем селе больше, чем в столице. Место святое, Храм Перуна возводить начали.

– Селе?

– Селе, пять сотен людей, Князь, - Истислав улыбнулся еще шире: - Пуськово растет, народ прибывает.

– Скажи, а постояльцы здесь?

– Здесь, где ж им быть-то? Ждут, пока сможешь принять. Мы же, как тебя понесли, их сразу в сторону, мол, Князю не здоровится, как похорошеет, так и примет. Вот и ждут, хотели своих лекарей прислать, токмо мы всем народом не пустили, свои хворобы лучше знаем, как лечить. Почто им знать, как у нашего человека хвори лечатся, они ведь Пришлые.

– Так и я ведь тоже.

– Князь, ты наш, был Пришлый, теперича наш, - Истислав принялся наливать горячий отвар: - Вот, выпей, сил прибавит. Нам Ждан все поведал, мы его с Радиславой не отпускали, пока все не рассказали, что да как. Да и сами, как ты токмо появился, сразу же увидали, что наш ты теперича, переродился.

– Переродился, умер, - я сглотнул комок в горле.

– Не кручинься, Князь, все же налаживается. Вон какое дело свершил, слава тебе за то и почет, аки никому не сыскать, сил в тебе прибавилось, да и мы сильнее становимся, вон деревня в село переросла. Все же налаживается.

– Все, - вздохнул я: - Только теперь я гол, как сокол.

– Ты про доспехи-то да оружие твое? Было бы от чего горевать, сделаем и лучше даже. Токмо теперича все будет иначе, Князь, - Истислав принялся копошиться в сундуке, стоявшим рядом со скамьей: - Перуна благо на всю деревню наложено и мастерские в том числе, и все, что теперича делается в них, получает его дар, защищающий от проклятия демонического. На вот, одень пока эти доспехи. Знаю, что похуже твоих будут, но уж лучше, чем ничего. А позже, знаю, сделаешь себе новые, Борислав уже и металл наплавил, подготовился к твоему приходу.

– Нянчитесь, как с ребенком, - невольно произношу, одевая пластинчатый доспех, обращая внимание на дополнительное свойство, выделяющее вполне обычную вещь из всех подобных.

Благо Перуна. Предмет не подвержен преждевременному старению и проклятиям, разрушающим предмет. Свойство не удаляемое.

– Ну вот, теперь на Князя похож, пошли что ли? Народ-то заждался, хотят на живого посмотреть.

– Погоди. Ты мне сперва расскажи, что было, пока меня не было.

– Да что было? Люд потихоньку появлялся новый, мы выполняли твои поручения, как говорил, чтобы деревню расстраивали. Через несколько дней други твои вдруг забегали, мол, что-то случилось. Проверяли что-то, спрашивали, имеем ли мы с тобой связь какую-то, не сменился ли владелец деревни. Ну мы не стали у виска пальцем крутить, сказал я им, что связи нет с тобой, но точно уверены, что ты жив и здоров и скоро вернешься. Мы и действительно это знали, да и Камень Возрождения не темнел, а значит, ты не умирал, да и Ждан не возвращался после гибели, а потом Ведун появился и сказал нам, что ты вернешься.

– И что те?

– Да все бегали, что-то пытались разузнать, постоянно по округе дозоры пускали и непрерывно за порталом следили.

– Захватить деревню не пытались?

– Нет, попытались бы, волки бы их быстро отправили домой, да и мы бы шанса не упустили, Князь, - Истислав улыбнулся, сжав до хруста кулаки.

– Хорошо, пошли.

– А еще, когда мы тебя несли, они все пытались до тебя докричаться, узнать хотели, ты ли это или нет, что-то расспросить, токмо мы их отослали, ну и я доходчиво с мужиками им втолковали, чтобы не наезжали, ибо ты это и все тут.

– А ты уверен? – я с интересом взглянул на Воеводу.

– Само собой, что уверен, если бы тебя подменили, мы бы это сразу почувствовали, да и волчица твоя с волками тебя почувствовали. Ух, как они выли каждую ночь, спасу не было, и как ты слег после возвращения, также выли, волчица все к тебе рвалась, токма Ведун не пустил ее, ибо надобно так было. Вот такие пироги.

– Спасибо.

– За что?

– За все, я уже и сам был не уверен, что это я. Пошли, не будем людей заставлять ждать.

Моя спальня примыкала прямо к главной комнате, где я собирал раньше людей, сейчас же она была заранее заполнена. Как только отворилась дверь, меня встречали охранявшие волки, тут же ворвавшиеся в мою голову цунами радости и ликования. Я тут же присел, обняв огромную шею Белис, после погладил за ушами Патриарха и дочерей моей волчицы. Только после этого они меня пропустили к моему креслу, занимая подступы, я был под серьезной охраной.

– Добрый день, други мои, - приветствую всех присутствующих, среди которых я не видел игроков, только местные, лица некоторых мне не знакомые.