Сборы не заняли много времени, закинуть в шлюпку баллоны с кислородом, несколько коробок с едой так, чтобы хватило дней на пятнадцать, отдельная благодарность Дитриху за то, что тот приготовил несколько блюд, которым не грозило испортится в течении пяти дней, сумку с вещами которую пришлось целиком замотать в освинцованную противорадиационную ткань, последним занял свое место еще один тюк, обмотанный освинцованной защитой, андроида решили переправить обратно.

— Готов? — появившись возле шлюпки, поинтересовался Ниманд.

Арсений кивнул.

— Готов. Удачи вам.

— Это тебе удачи, считай, мы уже почти на Амстердаме. Твой передатчик полное дерьмо, так что связь с нами пропадет уже через несколько часов. Ты останешься совсем один, ты действительно думаешь, что риск того стоит?

— Мечта всегда стоит того, чтобы умереть за нее, — немного пафосно произнес Арсений. — Все будет хорошо, но у меня есть к тебе просьба.

— Все, что угодно, я по-прежнему твой должник.

— Мне тащиться до Амстердама дней десять-двенадцать, и это, если ничего не откажет, вы же там будете к концу вторых суток, так что, если не появлюсь к намеченному сроку, не сочти за труд, поищи меня, вдруг я еще живой и просто болтаюсь в космосе. Если станет совсем плохо, переберусь в шлюпку.

— Поищем, можешь на меня рассчитывать.

— Тогда прощай, — улыбнулся Арсений, думая о том, как хорошо, когда есть человек, которому можно доверится.

Они обменялись крепким настоящим рукопожатием.

— Удачи тебе, товарищ.

Арсений уже собирался забраться в шлюпку, когда в коридоре появилась Марьям. То, что девушка направляется нему, не вызывало никаких сомнений. Она остановилась рядом с капитаном и пристально посмотрела ему в глаза.

— Мы обязательно увидимся, — произнесла она на английском, — Арсений.

Лавров удивленно приподнял бровь, полу индианка полу палестинка как всегда исковеркала русское слово, но удивление было не от этого. А от того, что она знает его настоящее имя.

— Откуда тебе известно, кто я? — спросил он на английском.

— Я с первой минуты знала, кто ты такой, — ответила она, — мой брат воевал на Калифорнии, ты взял его в плен, а когда его собирались расстрелять, ты вступился за него.

— Как его звали?

— Капрал Навин Каматх.

— Я помню его, — кивнул Арсений, — передавай ему привет.

Девушка кивнула.

— Передам, но это не последняя наша встреча, мы обязательно увидимся на Амстердаме.

Арсений улыбнулся и, махнув рукой на прощание, запрыгнул в шлюпку. Через десять минут он посадил ее на корпус «Гагарина» и быстро перетаскал в рубку все вещи. Керт отладил подъемный механизм и теперь не было нужды вращать и держать ручку.

Арсений занял кресло капитана и осмотрелся по сторонам, он был на своем корабле, конечно, прежде чем он станет его официально, нужно будет заполнить около сотни бумажек, и это немного пугало. Но то, что у него теперь есть свой корабль, компенсировало все неудобства.

— Говорит исследовательский корабль «Гагарин», вызываю транспорт «Верн».

— «Верн» на связи, — раздался голос Ниманда.

— Я на мостике, все системы работают нормально, готов к самостоятельному полету.

— Удачи, Арсений, — произнес Отто. — До встречи на Амстердаме, постарайся не угробить мою шлюпку.

— И вам благополучно не нарваться, — пожелал Лавров, — смотрите в оба, вас могут еще искать.

— Мы будем осторожны. Прощай! — И связь оборвалась.

Арсений посмотрел в боковой обзорный иллюминатор, несколько минут корабли шли параллельно на одной скорости, но вскоре «Верн» начал ускоряться и довольно быстро ушел вперед, а через сорок минут и вовсе исчез с радара. Теперь он был один, астероидное поле осталось справа и позади, впереди пустой космос и минимум одиннадцать дней в полном одиночестве, даже скафандр снять нельзя, несмотря на задраенную переборку.

— Что ж, пора приступать, — произнес вслух Арсений и посмотрел на экран монитора, на котором был открыт бортовой журнал. Почти две недели на четыреста лет записей, к тому времени, как «Гагарин» появится вблизи пункта назначения, для Лавра не останется тайн, связанных с кораблем. Ему предстояло первому узнать историю легендарного корабля.