— Ладно, давай послушаем, что там говорят, — кивнув на импровизированную сцену, сделанную из ящиков, сказал Стас.

Очередной оратор агитировал за поход. Доводы, конечно, были слабенькие, но его внимательно слушали.

— Спасибо, Олег, — произнес Полковник. После того, как очередной оратор высказался, его глаза пробежались по лицам людей и наткнулись на Стаса. — А теперь я предлагаю выслушать человека, который предложил переселение. Давайте послушаем, что он скажет. Стас, поднимайся сюда.

Стас взобрался на трибуну и внимательно вгляделся в лица людей. Все замолчали, пристально его разглядывая.

— Ну что ж, — произнес парень, — меня зовут Станиславом Токовым. Это я предложил Полковнику оставить базу.

— Это мы знаем, — раздался голос из группы бывших милиционеров, — но нам бы хотелось услышать что-нибудь более весомое, нежели обещание рая вдали от городов.

— Хорошо, — кивнул Стас, — именно для этого я и забрался сюда. Я не сидел на одном месте, я посетил соседний город, разыскивая своих друзей. Так вот, города больше нет, его сравнял с землей военный. Он это сделал из лучших побуждений, но ничего не добился. В этом городе я попал в рабство, не такое, как здесь, там люди буквально гнили заживо, слабых убивали бандиты, человек, который больше не мог работать, становился кормом для псов. Я пробыл в этом рабстве всего два дня. Мой товарищ, вон он стоит в углу, мы с ним вместе бежали оттуда, может рассказать вам намного больше.

Все повернулись и посмотрели на Владлена, который был немного смущен подобным вниманием.

— Но и это не причина, — продолжил Стас. — Города умирают. Что вы будете делать, когда закончится еда на этой базе? Что вы будете есть?

Все молчали и внимательно слушали.

— Изменение загнало человека в мрачное средневековье. Раньше, если вы хотели есть, вы шли в магазин и покупали еду, теперь нет магазинов, теперь еду нужно вырастить или поймать, а это не просто. Многие в этом зале никогда не видели грядок с капустой. Это основная причина, почему я хочу уйти из города. Но есть еще. Индустриальному обществу конец, города просто потеряли свое предназначение. Полное отсутствие производства и натурального хозяйства уже через год уничтожит цивилизацию. Закончатся патроны, в лучшем случае наступит время мушкетов, потому что производство патронов требует огромных затрат, и не только экономических, нужно производство, нужны компоненты, нужны металлы. Я сомневаюсь, что в ближайшие сто лет кому-то удастся развернуть нормальное производство чего бы то ни было. Выжить можно только плотной группой людей, заботящихся друг о друге, и желательно вдалеке от других людей, потому как в нашем случае человек — человеку волк. Любой одиночка становится либо рабом, либо тем, у кого можно что-то отнять.

— Верно говорит, — крикнул тот же человек, который требовал доводов.

— Я знаю, что будет нелегко, — ободренный поддержкой продолжил Стас, — идти далеко. Предупреждаю, из тех, кто пойдет со мной, дойдут не все. И тем, кто дойдет, не придется отдыхать, придется много трудиться. Сейчас происходит нечто большее, нежели обычное собрание, сейчас рождается новая Община, новый Клан. Клан, основанный на идее, — Стас сделал паузу, внимательно посмотрел на людей и, наконец, собравшись с духом, произнес, — идея, которую я вынес — это не коммунизм во всем мире, это не бессмертие, это нечто большее. Я предлагаю вам — «Жить, а не выживать».

Люди загалдели. Стас, даже если бы хотел, не смог бы перекричать их, но он уже все сказал, он слез с трибуны и подошел к Полковнику.

— Молодец, — одобрительно сказал тот, — нужно было сразу выпустить тебя и все, не нужна была эта говорильня.

— Ошибаетесь, — ответил улыбкой на улыбку Стас, — именно вы своей, как вы выразились, говорильней заронили зерна сомнений, а я просто склонил тех, кто еще сомневался, на нашу сторону. Все они наши.

— Ты — лидер, я в тебе не ошибся, — задумчиво сказал Полковник.

— Если бы вы знали, чего мне это стоило.

Дверь в ангар распахнулась, и туда влетел один из милиционеров, дежуривших на территории.

— Там из города идут люди, несколько десятков мужчин и женщин, — громко крикнул он.

Все замолчали.

— Усиленный отряд к воротам и баррикаде, — приказал Полковник. — Стас, бери Владлена и Демида и двигай навстречу, выясни, кто и зачем идет, нужна ли помощь. Дальше действуй по ситуации.

— Хорошо, товарищ Полковник, — гаркнул Стас и бросился к выходу, куда уже спешили остальные милиционеры, оставив в ангаре нескольких человек для охраны почти уже свободных рабов.

Когда Стас подбежал к воротам, там уже было все готово к отражению внезапной атаки.

— Смотрите, нас не подстрелите, — крикнул Демид и пошел вперед. Отставая на шаг от него, и страхуя приятеля стволами автомата, шли Стас и Владлен.

Люди, идущие к базе, заметив делегацию, остановились. Их было почти три десятка, все уставшие, оружие было всего у троих — два охотничьих карабина и автомат. Вперед вышел зрелый мужик с лицом покрытым грязью, сажей и кровью.

— Мы — подземники, — громко произнес он, — и просим убежище. Несколько часов назад с нами на связь вышел человек, назвавшийся Полковником, и предложил безопасное укрытие.

— Да, мы знаем о вас, — вышел вперед Стас, — и говорим, что слово, данное Полковником, не нарушим, идите к воротам, вас не тронут. Демид, проводи, мы прикроем отход. И еще, если кто-нибудь заикнется о рабстве, лично пристрелю. С сегодняшнего утра рабство отменяется.

— Конечно, Стас, — козырнув, произнес Демид и пошел во главе группы уставших людей. Они, словно зомби из второсортного боевика, шли мимо, медленные, уставшие, некоторые раненые. На них было жалко смотреть.

Вдруг одна женщина лет тридцати бросилась к Стасу в ноги.