– Что за трио! – воскликнул граф, покачивая головой. – Мария Стюарт ненавидела отца Дарнли, а Мортон, как говорят, был замешан в заговоре с целью убийства Дарнли и Риччо. Эрскин хороший человек, но недостаточно силен и влиятелен, чтобы стать регентом.

– Но он держит короля в Стерлинге, – тихо напомнила Анабелла.

– Да, ты права, милая, – кивнул Ангус. Ее проницательность продолжала удивлять его даже после нескольких лет брака.

– Давай поговорим о более близких нам темах, – предложила Анабелла. – Что ты сделаешь, если Агнес и Мэтью захотят вернуть сына? Мы должны все хорошенько обдумать.

– Робби останется в Дуне! – отрезал граф. – Он Фергюссон. Если мой брат предпочитает упорствовать в своей глупости, я не позволю ребенку вести жизнь кочевника. Место Робби – здесь, в семье. Но дом находится в вашем ведении, мадам. Так что последнее слово за вами.

– Я согласна с вами, милорд, – кивнула Анабелла.

В этот момент к графу подбежал солдат.

– Милорд, – начал он, – в гавань только сейчас зашел корабль. Но это не капитан Диего вернулся!

– Иду, – сказала Ангус и, повернувшись к Анабелле, добавил: – Может, это последняя битва за Дун, милая.

– Я иду с тобой, – решила она.

Граф не стал спорить с графиней, зная, что это бесполезно.

Они поднялись на крышу замка и пробрались по лестнице на вершину башни. Ангус немедленно распорядился зарядить две маленькие пушки и приготовиться стрелять. Прошло довольно много времени с тех пор, как из пушек стреляли, и существовала опасность, что одна или обе взорвутся.

Анабелла, однако, снова была потрясена окружавшей их красотой. Невысокие зеленые холмы, ручьи, текущие вниз, и бескрайнее синее море за замком. Отсюда были видны и деревья, и дом Мэтью Фергюссона.

Слезы повисли на ее густых ресницах. Агнес могла быть здесь, в своем доме, не скитаться по чужой земле без друзей и семьи.

Анабелла про себя прокляла роковое обаяние Марии Стюарт, заставлявшее мужчин слепо за ней следовать.

Когда пушки были заряжены и готовы, Ангус приказал выстрелить так, чтобы одно ядро упало за кормой, второе – за носом судна. Это будет единственным предупреждением, после чего пушки следует вновь зарядить, с тем чтобы повторные выстрелы попали в цель.

Граф отдал приказ, и малые пушки выпалили одновременно. Послышался грохот, и оба ядра попали именно туда, куда было намечено. Теперь оставалось ждать, что сделают на корабле, пришедшем под флагом Марии Стюарт. Неожиданно на мачте подняли маленький белый флажок и одновременно на воду спустили шлюпку. Матрос стал грести к узкой полоске берега у подножия темных скал Дуна.

Граф Дун и его жена поспешили спуститься в зал, где Ангус приказал Анабелле оставаться на месте, пока он пройдет темным, узким, крутым ходом, ведущим к берегу.

Он выступил из потайной двери в скалах, как раз когда маленькая шлюпка доплыла до берега.

Через борт перепрыгнул высокий джентльмен и заговорил по-французски:

– Мсье, мне сказали, что нас с радостью примут в Дуне. Это и есть ваше прославленное приграничное гостеприимство?

– Вы здесь нежеланные гости, мсье. Мы – шотландцы, верные нынешней власти, – ответил граф на том же языке. – Должен с сожалением известить вас о том, что Марии Стюарт не удалось сбежать из заключения. Советую вам вернуться туда, откуда пришли, поскольку англичане теперь будут куда более бдительны.

– Спасибо за то, что не повредили мой корабль, – вздохнул незнакомец.

– Я хотел лишь остеречь вас, – усмехнулся граф. – А теперь позвольте проводить вас к шлюпке.

Они подошли к маленькой лодке, где терпеливо ждал гребец. Незнакомец забрался в шлюпку.

– Прощайте, – сухо сказал граф Дун и долго смотрел, как суденышко возвращается к кораблю и француз взбирается по трапу. Якорь подняли вместе с большим парусом. Судно стало разворачиваться, а когда покинуло маленькую гавань, граф Дун вернулся в замок.

За последующие недели они не услышали ничего важного и поэтому решили поехать в Рэт, на свадьбу молодого Роберта Бэрда. Поездка заняла больше времени, чем если бы супруги отправились в путь одни, но они решили взять с собой детей, чтобы родители увидели внуков, с которыми расстались после их рождения.

Лэрд Рэт и его жена были на седьмом небе от радости. К восторгу Анабеллы, и Сорча, жившая поблизости, и Мирра, прибывшая с нагорья, тоже приехали в Рэт. Маленький дом был переполнен. Сестры и их дети спали в старой комнате девушек, на верху башни. У Сорчи было двое мальчиков. Мирра привезла с собой дочь, маленькую веснушчатую девчонку с ярко-рыжими локонами.

– К несчастью, она – копия папаши, – вздохнула Мирра. – Дикарка с нагорья.

– Значит, ты несчастлива? – спросила Анабелла.

– Несчастлива? – фыркнула Мирра. – С чего это? У меня хороший муж, хороший дом, дочь и надежда на то, что в следующем году появится новое дитя. Нет! Нельзя сказать, что я несчастлива!

Мужчины спали в зале. Невеста с родителями и членами клана должна была прибыть в день свадьбы. Мать и сестры Роба прибрали и заново обставили его комнату, которую отныне он будет делить с женой.