— Ну-ка, покажи, что там у тебя, — попросил сталкер.

— О! Много полезного, — бурят с торжественным видом развязал мешок и извлек счетчик Гейгера, завернутый в непромокаемый пакет.

— О! Вещь нужная, — одобрительно кивнул Молотов. — Исправный?

— Как ни странно, да, — отвечал Будда и вынул из мешка оружие: копье со стальным наконечником, самодельную палицу, меч в ножнах с необычным слегка искривленным лезвием (Борис вспомнил даже японское название этого оружия — катана) и топорик, видимо, из пожарного набора. Имелся тут и респиратор, как раз подошедший Лене Рысевой, и старый выцветший ОЗК небольшого размера. Видимо, буддисты, собираясь в путь, часть своего добра просто бросили. Теперь у всех членов маленького отряда имелись хотя бы примитивные средства защиты. Увы, никакого огнестрельного оружия.

Молотов осмотрел арсенал скептически. Топор сталкер решил взять себе — так сказать, на крайний случай. Будда не сводил влюбленного взгляда с палицы. Лене Борис бросил копье: из всего имеющегося вооружения оно требовало наименьшей квалификации.

Оставался Сяо Яо.

Ни слова не говоря, Молотов извлек из ножен катану и протянул юному буддисту.

Привычной болтовни про Ясную Поляну в ответ не последовало. Взгляд мальчика, до этого блуждавший по сторонам, сфокусировался на рукоятке меча. Лицо обрело осмысленное выражение. С коротким поклоном Сяо принял из рук сталкера оружие.

Несколько мгновений мальчик стоял с мечом в руках, слегка покачиваясь из стороны в сторону, словно настраивался на нужную волну. Потом сделал стремительный выпад. Еще один. Меч с едва слышным свистом рассек воздух. Затем последовал крутой разворот, серия молниеносных ударов и в заключение грациозный прыжок через голову.

Демонстрация закончилась. Сяо с поклоном положил катану у ног Молотова.

— Браво! — выдохнул Будда и захлопал в ладоши.

"Да-а-а, парень-то не промах", — уважительно подумал сталкер, а вслух сказал: — Нет-нет, бери. Это твое оружие. Надевай ОЗК, Ленусь. И ты, Буд, про респиратор не забывай. Веди нас, пацан, к этому Данзану.

Всю дорогу Сяо Яо, словно заевший граммофон, лепетал один и тот же набор слов: "Метро — плохо. Остров — хорошо. Метро — есть нечего, страшно, мокро. Остров — хорошо".

Борис пару раз буркнул в ответ:

— Хорошо, как же. Был я в этих краях один раз. Еле ноги унес.

Сяо никак не отреагировал на слова Бориса, продолжал восхищаться тем местом, куда лежал сейчас их путь. Сталкер между тем вспоминал, как он, Будда и Фил решились совершить рейд на остров Крестовский.

В метро ходили слухи о стадионе "Зенит", который начали строить за десять лет до Катастрофы, да так и не сдали. Сложно было себе представить, сколько инструментов и прочих ценных вещей осталось на грандиозной стройплощадке после бегства рабочих. А кроме "Зенита" имелись на острове и жилые дома, и развалины парка развлечений… Настоящий Клондайк для сталкера.

— Да растащили там все, — охладил пыл товарищей Игнат Псарев, едва зашел разговор о богатствах Крестовского. — Причем давным-давно. Или другой вариант: там под каждым кустом склад скелетов в ОЗК. А че вы так смотрите? Ты, Молот, хоть одного сталкера знаешь, который ходил туда? Вот то-то. Значит, не вернулся никто с Креста. И нам, мужики, делать там нечего.

Суховей, подумав, занял позицию Пса. Переубедить товарищей Борис не смог. Пришлось идти с Филом и Буддой.

Готовились они тщательно: наточили ножи, взяли два АК и пулемет, шесть ручных гранат… Они вышли со станции Крестовский остров, твердо уверенные, что если и не доберутся до "Зенит-арены", то уж, по крайней мере, не вернутся с пустыми руками.

— Не боись, мужики, — подначивал друзей Фил. — Это ж, блин, хреново Эльдорадо. Столько хабара… Мы ж в бабках купаться сможем, если дойдем!

С таким же настроем шли на поверхность и Молотов, и Будда. Казалось, никакая опасность не остановит бравых сталкеров.

Полчаса спустя они ввалились обратно в вестибюль и принялись остервенело баррикадировать за собой двери, сваливая в кучу все, что попадалось под руку.

Минут пять ничего, кроме мата, слышно не было. Потом Фил в изнеможении рухнул на колени и процедил сквозь зубы:

— Хрена лысого… Никогда больше… Голова дороже.

Молотов отложил опустошенный пулемет, присел рядом, похлопал по спине товарища.

— Главное, что живые ушли, — успокоил он Фила. А Будда глубокомысленно изрек:

— Можно купить место на кладбище, но не на небе. Иначе говоря, деньги тлен. Валим отсюда, ребята.

С того дня Борис вспоминал о Крестовском острове только после кошмарных сновидений. И на безумное предложение Лены согласился только потому, что иного пути не видел, а спорить устал. Но про себя думал:

"А может, и правильно. Мы все бежим, бежим от смерти. Трусливо как-то. Пойдем к ней прямо в лапы, ха! Глядишь, испугается такой наглости".