– Я прошу прощения за свою некорректность, господин капитан. Однако прошу вас разрешить мне доложить вам о результатах моих наблюдений. Уверяю вас, они наверняка покажутся именно вам немаловажными.

Славомир сдержал раздражение и уже заинтересовано посмотрел на незваного посетителя. Теперь было совершенно очевидно, что с головой у врача все нормально и у него действительно есть нечто, что так возбудило ученый ум и побудило скакать галопом к Зенину, чтобы побыстрее сообщить важную новость.

– Хорошо, – кивнул на кресло для посетителей капитан. – Присаживайтесь. Рассказывайте, что там у вас стряслось столь удивительного.

– Спасибо, господин капитан, – улыбнулся медик облегченно. – Новости мои действительно совершенно удивительны. И я сам ни за что не поверил бы в их правдоподобность, если бы перед глазами не было реального объекта наблюдения.

Капитан откинулся на спинку своего удобного кресла и терпеливо слушал врача, даже не пытаясь прервать его словоблудия, для того, чтобы сократить речь до короткого сухого доклада.

– Я в принципе закончил все серии тестов и наблюдений, которые планировал, – продолжил посетитель. – Пациент начал действительно быстро поправляться физически, что вполне объяснимо хорошим уходом и огромным физическим и иммунным потенциалом конкретного индивидуума. Я даже собрался после завершения этого комплекса исследований написать все же вам рапорт с просьбой о разрешении проведения эвтаназии, вследствие необратимости неизлечимых последствий глубинного отчетного сканирования мозга с установленными ранее психофизическими блокировками. А сегодня, совершенно спонтанно, решил провести дополнительные тесты. Ну, там, активность головного мозга, обширность разрушения кровеносной сети и еще ряд аналогичных процедур. И тут, едва я собрался начать исследования, он как закричит…

Последние слова, сказанные с какой-то детской обидой в голосе, после предыдущих запутанных фраз выглядела столь комична на фоне сконфузившегося медика, что Зенин невольно улыбнулся.

– Что это вы сейчас сказали? – уточнил он, продолжая улыбаться.

– Ровно то, что сказал, – вздохнул врач. – Я еще совершенно ничего не предпринял. Просто готовил оборудование. А он… Такой крик, словно его смертельно ранили. Но, ведь никаких воздействий на него в тот момент не оказывалось. И пребывал он в стабильной фазе.

– Говорите проще, – не выдержал наконец Славомир. – Что не так в его крике?

– Все не так, – пояснил медик. – Дело в том, что при тех поражениях головного мозга, которым он подвергся во время глубинного сканирования, у него не могло быть никаких эмоций и чувств. Одним словом, он просто не может кричать.

– Не может кричать, говорите? – мгновенно подобрался капитан.

– Совершенно верно. Растения не кричат. А этот крик еще и не вызван негативными физическими воздействиями. Он явно порожден какими-то внутренними переживаниями и возникающими образами. А это в свою очередь означает, что каким-то совершенно непостижимым образом, мозг пациента или какая-то его часть вошла в фазу активности…

– То есть, он не превратился в растение, как вы предполагали ранее, и появился шанс, что его психическое здоровье вернется вместе с физическим? – прервал Славомир.

– Не могу ручаться за здоровье, но позитивные изменения не лицо, – согласился медик. – Поэтому, в новых условиях, я прошу вас не брать мои прошлые заявления в счет и повременить с принятием решения относительно судьбы пациента.

– Ну что же, – мгновенно сориентировался Зенин. – Эта ситуация становится весьма любопытной.

Он поднялся со своего кресла, прошелся по кабинету, обдумываю возникшую у него идею. Наконец, взвесив все за и против, принял решение и повернулся к терпеливо молчавшему врачу:

– Думаю, что нам лучше принять дополнительные меры безопасности для полноценного и всестороннего изучения этого процесса, – начал он в тон посетителю издалека. Давайте сделаем кое-что, чтобы предотвратить ненужное внимание со стороны. Вы идите сейчас к себе и подготовьте на мое имя рапорт с просьбой разрешить проведение эвтаназии, как вы сказали, вследствие необратимых и неизлечимых бла-бла-бла… Дальше сами сочините так, чтобы комар носа не подточил. Подадите его по установленной официальной процедуре. А после этого быстро готовьте пациента к перемещению на другой объект. И сами собирайтесь. Вы же хотите полно изучить этот феномен. Ну, и, конечно, не забывайте об уровне секретности объекта. Чтобы никому ни полслова. Вопросы?

Медик мгновенно понял, что от него требуется и, не задавая лишних вопросов, умчался исполнять распоряжение капитана. А Зенин тяжело задумался. Он еще не в полной мере понимал, что именно руководило им сейчас, когда, как и много лет назад, он повел собственную игру, хоть и не столь рискованную как когда-то. Но, не все поддается анализу разума. И иные поступки человек делает, принимая решения на уровне чувств и подсознания. А может быть все гораздо проще – на все воля Всевышнего…