– Не плохая мысль. Тогда я завтра ей позвоню и сообщу радостную новость.

– Отлично, этот вопрос решён. Давай пьянствовать.

Утром я еле вышел на объект. Хорошо, что мне осталось работы на несколько часов. Ещё по дороге я позвонил Светлане и сообщил, что буду работать с напарником и начнём мы в четверг. Мне показалось, что она вздохнула, но сказала, что это её устраивает. Значит, так тому и быть.

– Танюша, я дура?

– Да как тебе сказать, чтобы не обидеть. Видимо, мы все дуры.

– Ну, какой же гад! Убежал как ошпаренный. Как будто я страшна, как смертный грех.

– Смертные грехи не все так уж страшны. Некоторые очень даже …. – Татьяна заливисто рассмеялась.

– Да ну тебя, я серьёзно. Почему он даже не смотрит в мою сторону? Почему я не интересую его как женщина?

– А ты запала на него, подруга. Пошли бутылочку опорожним, и ты мне всё расскажешь.

– У меня желание напиться. Может чего покрепче?

– Э-Э-Э подруга, да ты, похоже, сильно прилипла. Погодь немного. Сейчас я принесу.

Татьяна вышла и вернулась через несколько минут с небольшим графином. Он был почти полон прозрачной жидкостью янтарного цвета.

– Думаю, это подойдёт. Сама настаивала. С ног сшибает на раз.

– Это сколько же здесь градусов?

– Так кто же их мерил. Изначально был медицинский, но туда много чего добавлено. Думаю, под шестьдесят будет.

– Сдурела? Я от одного запаха умру. Хотя наливай, ты права, сейчас самое то.

Мы расположились на кухне и, после первой стопки я поведала подруге всё, что испытываю к Геннадию. Рассказывая ей о своём чувстве, я сама открывала его в себе, по новой. Подруга изредка задавала вопросы, и они помогали мне разобраться в хаосе своих мыслей. Незаметно графин опорожнился почти наполовину. В голове шумело, и предметы начали расплываться. Татьяна дотащила меня до кровати, и я начала проваливаться в забытьё, но успела услышать её последние слова.

– Ничего, разберёмся мы с твоим боровом. Он ещё узнает, как не замечать молоденьких и красивых женщин. Пень старый. Но симпатичный, гад. Кабы не твои чувства, я бы нашла способ его окрутить…

Продолжение её монолога я уже не слышала, провалившись в сон.

Утро было безрадостным. Во рту, помимо страшнейшей засухи, похоже, побывали скунсы, а голова никак не хотела отрываться от подушки. Сделав невероятное усилие, я села на кровати. Голова отозвалась всплеском боли.

Господи, за что мне такое наказание. Ну, Танька, чем она меня вчера поила? Почему ТАК мерзко во рту? Чёрт, я же на работу опаздываю. Да плевать, начальство не опаздывает, оно задерживается.

Неожиданно заиграла мелодия телефона. Она отдалась в голове новым приступом боли. Я посмотрела на экран. Это звонил Он.

– Алё.

– Утро доброе Светлана.

– Здравствуйте Геннадий.

– Я звоню вот по какому поводу. Мы вчера с напарником поболтали и решили, что можно значительно ускорить ремонт в вашей ванне. Он начнёт демонтаж уже завтра, а в пятницу и я подключусь. Вы не против?

Да что за утро такое. Хоть вешайся. Нафига мне его напарник. Зачем я вообще затеяла этот дурацкий ремонт. Жила себе спокойно со старой ванной и горя не знала. А теперь одни мучения. Хотя ….. я встретила Его.

Я вздохнула и сказала.

– Хорошо, это меня устраивает.

– Тогда до завтра. Мы зайдём утром вместе, но я потом уйду.

– Во сколько вас ждать?

– Мы обычно начинаем в 9 утра.

– Хорошо, я вас дождусь. До завтра.

Выключив трубку, я положила её на тумбочку. Безрадостные мысли нахлынули мутным потоком.

Что же мне делать? Как заставить Тебя посмотреть в мою сторону? Как заинтересовать? Почему в офисе все мужики пускают слюни, при моём появлении, а Ты даже не обращаешь внимания? Может Ты гей?

Неожиданная мысль обожгла своей неправдоподобной стройностью.

А ведь действительно. На меня даже не смотришь, Татьяна тоже тебя не заинтересовала. Хотя, какой гей. Все движения, манера разговора, черты лица и манера одеваться показывали отсутствие женской составляющей в Его натуре. Геннадий был Мужик до мозга костей. Хотя мысль о его голубизне приятно пощекотало моё самолюбие. Ладно, разберёмся. Сделаешь ремонт, а там видно будет.

Вечером, после работы я убралась в квартире, Последний раз попользовалась старой ванной и позвонила Татьяне.