Шрифт:
«Ты уже не совсем человек, – зло проговорил внутренний голос с интонациями Зимы. – Сдавайся! Умри наконец. Все будет, как в твоем сне: девушка с волосами, как вороново крыло, алыми, как розы, губами, белой, как молоко, кожей и острыми зубами».
Тану беспокоило, что вспоминать прежнюю жизнь становилось все труднее, хотя прошло всего несколько дней. Все воспоминания были окрашены красным.
Она открыла дверь в спальню Элизабет, чтобы забрать деньги и телефон, и вдруг остановилась, увидев ожидавшую ее Марисоль. Вампирша сидела на кровати, упираясь каблуком-кинжалом в медную спинку, и крутила на пальце кольцо с зубом в серебре. Она явно скучала.
– Вижу, ты не торопилась вернуться, – сказала Марисоль.
Тана посмотрела ей за спину и увидела, что окно открыто, занавески трепещут на ветру, а на подоконнике сидит белый ворон. Птица посмотрела на Тану, открыла крючковатый клюв и каркнула. На ноге у ворона девушка заметила маленькую металлическую капсулу, куда мог бы поместиться плотно свернутый кусочек бумаги.
– Чего Люсьен хочет на этот раз? – спросила Тана, заставив себя посмотреть на Марисоль.
Вампирша не могла не заметить птицу. Почему же она ведет себя так, будто в этом нет ничего особенного?
– Не волнуйся, – сказала Марисоль, со вздохом соскользнув с кровати. – Меня послал не Люсьен.
Тана еще помнила вкус крови Габриэля и не чувствовала себя полностью трезвой.
– Джеймсон, – догадалась она вдруг. – Ты его…
– Мать, – улыбнулась Марисоль, как кошка канарейке, которую она изо всех сил старается не слопать. – Он попросил помочь тебе спасти какую-то девочку, и вот я здесь. Помогаю.
– О, – сказала Тана. Так вот о чем умолчал Джеймсон, когда рассказывал, что вырос в Холодном городе. Он ни словом не обмолвился о своей матери; он вообще не говорил о своих родителях. Тана вспомнила свою мать и подумала, что она могла бы стать такой же.
Валентина будет рада. И может быть, сумеет забыть, как Тана у нее на глазах растерзала вампира при помощи отвертки и собственных тупых зубов.
– Давай, – сказала Марисоль. – Птица принесла записку для тебя.
Тана подошла к Гремлину. Ворон сидел спокойно и позволил Тане вытащить тонкий листок бумаги из капсулы, даже не попытавшись клюнуть ее пальцы.
«Доверяй ей, – было написано в послании. – Доверяй мне».
Тана вздохнула.
– Да, вот еще что, – Марисоль спрыгнула с кровати, двигаясь с удивительной грацией. Алые глаза смотрели за спину Таны, как будто она искала камеру. – Твоя подруга просила Джеймсона кое-что тебе передать. Какая-то девочка из твоего города здесь, в Холодном городе. Ее зовут Перл. Это имя тебе о чем-нибудь говорит?
Мир покачнулся и померк. Тане показалось, что она падает. Падает, падает, падает и никогда не перестанет падать.
Нет, этого не может быть. Нет.
– Да, кажется, ее зовут Перл. Или Джуэл [16] ? И еще один твой друг пытается ее найти, – Марисоль всплеснула руками. – Я не понимаю! Просто не понимаю, зачем вы все едете сюда!
– Это моя младшая сестра, – сказала Тана, в ее голосе слышался гнев: на весь мир, на себя, на Перл. – Ей двенадцать. Она приехала сюда потому, что…
16
Марисоль путает имена по ассоциации. В переводе с английского Перл – жемчужина, Джуэл – сокровище.
Она приехала сюда из-за меня. Из-за глупого сообщения, которое я ей отправила.
Она приехала сюда, потому что Люсьен убедил ее, что безобиден и слегка – так, чтобы было интересно – опасен.
Она приехала, чтобы стать частью шоу.
Марисоль выглядела потрясенной, когда услышала, сколько лет Перл, но потом на ее лице появилось отстраненное выражение, словно Тана попыталась заставить ее чувствовать что-то, чего ей чувствовать не хотелось.
Не обращая на вампиршу внимания, Тана направилась в ванную за телефоном. Белый ворон запрыгал следом. Проверив сообщения, она увидела новое от Полины: «Господи, твоя сестра сбежала из дома. Час назад она написала отцу, что хочет жить с тобой и быть в ТВ. Я звонила ей 16 раз, она не отвечает. Написала всем друзьям».
Дрожащими руками Тана набрала телефон сестры. Гудков не было, сразу же включился автоответчик. Закрыв глаза, она несколько раз медленно вдохнула и выдохнула, стараясь успокоиться.
«ГДЕ ТЫ???» – наконец написала она сестре, но время шло, а ответ не приходил. Тана засунула телефон в позаимствованный у Элизабет лифчик, чтобы почувствовать вибрацию сразу, как придет смс. Она еле удержалась от желания замолотить кулаками по тумбе.
«Если бы мама была жива и оказалась в Холодном городе, я бы тоже отправилась за ней».
– Я помогаю тебе и девушке, Валентине. Понятно? – окликнула ее Марисоль. – Охраны на обычных постах сегодня не будет, но это не значит, что мы можем вести себя глупо.