— Джоанна, Карина или, среди Бабочек, Пани. Потому что якобы по происхождению она в каком-то там колене полячка.

— Я чистокровная полячка, — сухо заметила она.

— Да? А ты хоть раз в Польше была? — фыркнул Шон. — Если мне не изменяет память, ты скрываешься от праведного возмездия в более… урбанизированных странах. — И хотя это было жалко, я все равно обрадовалась, что он начал знакомство с привычных подколок и придирок.

— Это тут вообще не при чем! — сощурилась Карина.

— Каждый из нас останется при своем мнении, — пожал плечами Шон.

А во мне взыграла вежливость.

— Что будете пить? — спросила я, выдавливая из себя улыбку.

— Кофе, конечно, — огрызнулся Шон. Карина не возразила.

Итак, она красивая, умная и любит кофе. Идеальная девушка для Шона Картера. Хотя раньше мне казалось, что и я на эту должность очень даже подхожу. Просто до нее — до Карины Граданской — я никогда не встречала ни одной красавицы, которой бы однозначно проиграла внешне. В тот день это случилось впервые. И осознание оказалось до смешного неприятным.

— Так что тебя забросило в Нижний Мир?

— Деньги, — ответила Пани без обиняков, чем изрядно меня удивила. Ей нужны деньги, но она не поскупилась на билетик до Сиднея.

— Зачем? Когда, чтоб тебя, ты промотала все, что получила от Алекса и не Алекса тоже?

— Как тебе удается опошлить все на свете? — кисло поинтересовалась она, но не обиделась.

— Ты уехала из Сиднея к нему. Я немного удивлен, что и из Петербурга ты тоже смоталась. На этот раз к кому?

— К Лиз Маер, если тебе действительно интересно.

— Уверяю тебя, мне абсолютно похрен. Я спросил, чтобы тебя позлить.

А она засмеялась. Она, черт ее дери, просто рассмеялась!

— Годы идут, а Шон Картер остается незыблемым.

— Ты хочешь поговорить за жизнь? Охотно оставлю вас с Джоанной. Это у вас общее. — И сказано было так, словно больше у нас нет общего ничего. Вероятно, он был прав, но я расстроилась, потому что ОНА в его глазах точно выигрывала. — А если хочешь, чтобы я сделал вид, что поддерживаю подобного рода беседу, извести меня за несколько дней до в письменной форме. Мне нужно морально подготовиться к такому событию.

— Ты отвратительный, — отмахнулась Карина.

— Деньги тебе зачем?

— Не могу сказать.

— Тогда катись отсюда, — без труда решил вопрос Шон.

И вот теперь она обиделась. Даже топнула ножкой. Я не смотрела пропустить такое зрелище и обернулась. И не прогадала. От взгляда Пани и каменная глыба почувствовала бы себя виноватой. Но не Картер.

— Шон, я не прошу наличности. Только о возможности заработать!

— И ты приехала, чтобы попросить меня…

— Отказаться от нелегалки.

— Ты меня, должно быть, разыгрываешь.

— Шон, у Монацелли есть сетевики, есть интеллектуальщики, параллельщики… но ты хакер и я хакер. Мы делим одну ветку и одних заказчиков, при всем том, что ты известнее и лучше. Я ничуть не спорю, но мне нужны деньги. Очень. И срочно.

— Карина, к чему мне твои нервы, драмы и отрепетированные речи? Пустое. Вопрос не меняется: за-чем?

Я поставила перед ними по чашке кофе, и Карина свою опустошила залпом, хотя я даже вазочку со сладостями не успела принести. Почувствовала себя прислугой, которую никто даже не замечает.

— Кое-кто болен. И этот человек мне безмерно дорог.

— Вот видишь, как все просто. — После этих слов Шон постучал по столу пальцами и, наконец, произнес: — Хорошо. Забирай.

— В-всех? — Ее глаза расширились и стали квадратными.

— Половину. Мне тоже нужно на что-то жить.

— Это смешно. Ты на легальной части срываешь больше, чем я на нелегалке!

— Пани, я не собираюсь выходить из игры, — фыркнул Шон. — Всех я тебе не отдам, забирай половину или проваливай ни с чем.

Она несколько смутилась.

— Хорошо, спасибо.

Шон лишь кивнул.

— Зачем ты приехала?

— Поговорить…

— Разговор пятиминутный и вполне себе телефонный.

— Если подслушают…

— Меня не подслушают!

— Меня подслушают.

— Значит среди хакеров тебе не место. — Пани так посмотрела на Шона, что, клянусь, еще чуть-чуть, и у нее бы волосы как змеи зашевелились.

— Ты знаешь, что это не так.

— Хватит устраивать пляски с бубнами, я задал вопрос.