– Да, Алиса, пойдем, миллионов десять я уже заработал. Пан Ковальский заключит выгодный контракт, а мне отстегнет за протекцию пять процентов.

Виктор спустился на кухню, Алиса накрывала на стол сама.

– А где мама? – спросил он.

– В город уехала за продуктами, должна была вернуться уже час назад. Я звоню – она трубку не берет.

Расстроенная Алиса смотрела на мужа с надеждой.

– Она вернется, приедет позже, наша помощь ей сейчас бесполезна. Ей потребуется утешение, моральная и психологическая поддержка.

– Что случилось, Витя, ты знаешь? – сильнее забеспокоилась Алиса.

– Не знаю, я же не Бог. Внутреннее чувство говорит мне, что мама цела и здорова, но ее обидели. Будем ждать.

– Слава Богу, что жива, – ответила Алиса.

Она верила мужу на все сто и теперь гадала, кто мог обидеть и как ее мать. Через два часа она вернулась вся в слезах, Алиса кинулась с расспросами, но мать махнула рукой:

– Потом… принеси все из машины… я прилягу.

Екатерина Матвеевна ушла в свою комнату и упала на кровать прямо в одежде. Алиса отнесла продукты из багажника на кухню, глянула в салон машины – там еще стояли какие-то коробки. Она открыла одну – мамины вещи. Догадываясь о причинах, она перенесла коробки в комнату матери, присела на стул, дала маме выпить стакан воды, спросила:

– Папа?

Белоусова закивала головой:

– Я домой зашла… а он там с голой бабой молоденькой… Собрала свои вещи и ушла.

– Успокойся, мама, не переживай. Флаг ему в руки – пусть катится на все четыре стороны и сюда больше не ездит. – Алиса вытерла платочком слезы, сказала с улыбкой: – Забудь… я тебе внука рожу или внучку. Будешь нянчиться в радость.

– Правда? – переспросила обрадовано мать, – Виктор знает?

– Не говорила еще, тебе первой сказала.

Мать смахнула оставшиеся слезы, произнесла уже бодрее:

– Ладно… чего уж там – радость в доме, а я расклеилась. Сейчас приведу себя в порядок и приду. Ты иди, скажи Виктору обязательно, он человек хороший, цени его.

– Мама, – улыбнулась Алиса, – я же люблю его…

– Вот и люби, а сказать надо, он должен был первый узнать – отец, а не кто-нибудь.

Алиса вернулась на кухню, рассказала Виктору все.

– Хотела тебе первому сказать, но так получилось, а мама меня наругала. Но это известие ее здорово поддержало, она прямо духом воспрянула.

Виктор подошел к ней, обнял, потом взял на руки и расцеловал всю.

– Была у меня одна девочка любимая, а теперь две.

– Две? – удивилась Алиса, – может там мальчик.

Он приложил ухо к ее животу, улыбнулся:

– Девочка, я же чувствую. Такая же красавица, как и ты.

На кухню вернулась Екатерина Матвеевна, обняла детей:

– Любите друг друга, а остальное все сладится, – ласково произнесла она.

Зазвонил телефон. Виктор глянул на номер:

– Князь звонит. Что ему надо? – он ответил на звонок: – Алло…- слушал несколько минут, – хорошо, привози.

Виктор отключил связь, постоял немного в задумчивости.

– Сейчас человечек сюда подъедет, ты его видела на тусовке. Банкир, лет пятьдесят, с пузцом, в синей рубашке был.

– Помню, смешной такой, ремень по диагонали животик поддерживает, лицо добродушное.

– Добродушное… – хмыкнул Виктор, – посмотрим.

Он принял банкира на веранде бани, в дом не повел. Вениамин Алексеевич Бенедиктов совсем расклеился – валидольчик посасывал, а от самого перегарчиком свеженьким наносило, отеки мешками свисали под глазами.

– Рассказывайте подробно – чтобы помочь: я должен знать все.

– Деньги украли… перекинули на другой счет, потом на третий… затерялись денежки и никакого ограбления.

– В полицию обращались?

– Нет, деньги не совсем чистые, на этом и расчет мошенников строился, что в органы банк не обратится.

– Что от меня хотите?

Бенедиктов посмотрел удивленно.

– Деньги вернуть. Мы согласны на пять процентов. По возможности узнать: кто это сделал, но главное – деньги.

– Сумма похищенного?

– Пять миллиардов долларов. Такая сумма у нас впервые, мошенники знали и ждали. Специалист, с компьютера которого сделан перевод, исчез. Может за границу отправили, но, скорее всего, закопали, таких свидетелей не оставляют, все концы обрублены.

– Деньги я беру налом. У вас есть двести пятьдесят миллионов долларов наличными?

– Найдем, – ответил банкир.

– Везите деньги и ноутбук, с которого можно провести транзакции.

– Не понял?

– Чего вы не поняли, Вениамин Алексеевич? Деньги, пять процентов и компьютер – все, что от вас требуется. Деньги пересчитывать не стану, но если хотя бы одного доллара не окажется или будет фальшивый – оторву голову и пристегну английской булавкой к заднице. Партнерам своим ничего не говорите – кто-то из них вор, решивший повесить пять миллиардов на вас. Фамилию назову, когда будет наличность.